Коррида на раздевание

– Прости, пожалуйста, – смутилась я, – не хотела тебя обидеть. Просто думала, что люди давно про древнегреческую литературу забыли.

– Не поверишь, пьесы Эсхила, Аристофана, Софокла до сих пор в театрах идут, – усмехнулся наш гений.

– И ты не капаешь кофе на клавиатуру, носишь чистые сорочки, – замела я хвостом. – Теперь вопрос по нашему делу. Афанасия мамаша убила, потому что боялась, что сын ее выдаст. Странно так долго ждать, прежде чем расправиться с тем, кого оболгала много лет назад. Тут есть мотив.

– Возможно, с дочерью тоже связана какая-то дурная история, – предположил Вовка, – просто мы до нее не докопались. И почему никто из нас не додумался проверить тщательно биографии старших Кирпичниковых? Отчего поверили россказням Алевтины, которая Лампе не моргнув глазом соврала, что ее свекор и свекровь деревенские люди? И наврала про отчима-насильника?

– Ну… – протянула я. – В свое оправдание замечу: дама очень убедительно песню пела.

– Бабушки-дедушки Афанасия давно в могиле, – стал оправдываться Фил, – они ни с какого боку в этой истории. Нас интересовали Алевтина и Сергей!

– И поэтому мы не порылись в сведениях об их родителях? – усмехнулся Костин. – Косяк, ребята! Плохая работа.

– Почему сам о них не вспомнил? – спросила я. – Велел бы проверить, и правда наружу бы выплыла.

– Давайте лучше поедем к Кирпичниковым, – сразу сменил тему Костин, – не ошибается тот, кто не работает.

Глава 39

– Дело к ночи, а у нас гости? – мрачно спросил Сергей Леонидович, видя, как мы группой входим в гостиную.

Филипп положил куклу на стол."

"– Кратенько введу вас в курс дела. Эта игрушка получена дочкой Лампы и Макса в школе. Она имитирует младенца. Со всеми его приколами. Вопль «новорожденного» всем в доме надоел. Романова попросила меня объяснить, как отключить звук, я ей помог. Но Евлампия сдвинула рычажок не в ту сторону. Крик стих, зато включился режим диктофона.