Корпорация Алиса

Она по-прежнему разительно отличалась от сородичей своей хрупкостью и светло-оливковым цветом кожи. Пусть и провела рядом с ними всю свою жизнь, но так и продолжала смотреть на многие вещи иначе. Пыталась передать своё видение мира остальным, где-то получилось, где-то нет. Но в основном ей всё же удалось изменить очень многое.

Аруна срослась с этим миром, полюбила его, стала его частью.

Долгая жизнь — не привилегия, а бремя. Она видела, как умирает мать и отец, как уходят за грань старые друзья и недруги, и как тихо почил во сне Джерард.

— Не грусти, моя Арунка, — по-прежнему красивые губы изогнулись в улыбке. — Я буду ждать тебя. Всегда. И любить в каждом своём воплощении…

А теперь настал её черёд.

«Я иду к тебе, любовь моя…»

Грудь в последний раз приподнялась и опустилась. Сердце замедлило свой бег и в итоге остановилось.

— Мама, пора возвращаться. У меня сегодня совет правителей.

Старая невысокая женщина, сидевшая в большом кресле, оттого казавшаяся ещё хрупче, гениальный артефактор, бесстрашная воительница, замечательная мать и бабушка, великая правительница, не отозвалась.

— Ма… — Риг присел на корточки, заглянул в умиротворённое лицо.

— Аруна? — окликнул Асгейрр сестру, но ответа не получил.

Тем временем душа принцессы орков уже летела сквозь пласты реальности, навстречу чему-то другому.

«Хочу ничего не помнить. С чистого листа».

«Бяя! Не-е, не с чистого листа. Можно оставить парочку абзацев».

Внутренний разговор сумасбродной человеческой девушки-паркурщицы, неугомонной, отчаянно-смелой орки, мечтательницы и авантюристки оборвался, стоило душе оказаться…

Во тьме…

Вот только что был свет, она летела к солнцу, а очутилась во мраке совершенно непонятным образом!

Время замедлилось…

И вот эта тьма — заключает душу в свой плотный кокон.

Какое интересное ощущение… На смену радости полёта пришёл покой. Мысли потекли вяло. Душа привыкала к необычному состоянию невесомости и спокойствия. Казалось, она лежит в тёплом море, бережно качающее её на своих безмятежных волнах.

Впервые не нужно никуда бежать. Наконец-то можно выдохнуть от бесконечной гонки.

Нега, приносящая забвение. Истаивали воспоминания, уходила горечь потерь, перестали беспокоить назойливые мысли, что что-то забыла или сделала не так.

Душа медленно, но верно двигалась по первому кругу перерождения…

Лица любимых стали размываться.

— Не хочу! — вяло трепыхнулась возмущённая мысль.