Корона полуночи

Наверное, эти твари думали, что за несколько месяцев Эндовьер ее сломал. Ей обрезали волосы. Исполосовали спину. Им не хватало воображения представить, что усыпление их бдительности было частью ее стратегии. И расчет оправдался: в ней больше не видели Адарланского ассасина.

Они забыли, зато Селена не забыла ничего. Она помнила каждую секунду собственной боли и издевательств над другими узниками. Несчастная эйлуэйка тогда призывала своих богов, умоляя ее спасти. Боги молчали.

Со всеми четырьмя надсмотрщиками было покончено.

Но у Селены оставалось еще одно дело, прежде чем она двинется навстречу своему концу. Она поспешила к главной штольне, откуда был выход на поверхность. Стражники бежали к ней со всех сторон. Давайте. Смерти хватит на всех.

Она поднималась наверх, попутно отбиваясь от наседавших стражников. Еще двое угомонились навсегда. Селена бросила кирку и взяла их мечи. Рабы не приветствовали ее радостными криками, не торжествовали, видя, как замертво падают их мучители. Они молча смотрели и всё понимали.

Селена могла вырваться на поверхность, но не на свободу.

Она заранее приготовилась к тому, что на поверхности у нее будет еще один враг — яркое солнце. Глазам понадобится привыкать к слепящему свету. В полдень это сразу бы сделало ее мишенью для стражников. Селена выжидала. Еще лучше ей бы подошли сумерки, но в сумерки возле шахт полно охраны и рабов. Она не хотела случайных жертв и потому выбрала предвечернее время. Разомлевших стражников клонило в сон. Караульные тоже клевали носом, успевая подремать перед вечерней поверкой.

Трое стражников у входа в шахту и понятия не имели о бойне внизу. Они слышали крики, однако криками никого в Эндовьере не удивишь. Перед смертью все кричат одинаково, и эта троица не была исключением.

А потом Селена стремительно понеслась навстречу смерти, которая наверняка ждала ее возле высокой каменной стены на другом конце поселения.

Она петляла. Рядом свистели стрелы. Король приказывал ни в коем случае ее не убивать.

Возможно, ранят в плечо или в ногу. Однако теперь, после стольких трупов, оставленных ею, каторжное начальство, скорее всего, осмелится нарушить королевский приказ.

Караульные пытались окружить Селену, нарываясь на ее мечи. Над Эндовьером установилась непривычная тишина.

Ее ранили в ногу. Глубоко, но не задели сухожилий. Наверное, и сейчас еще думали, что она будет работать. Нет, работать она больше не будет. Это был ее последний рабочий день в Эндовьере.