Корона из золотых костей

– Но ты понятия не имеешь, на что похожа эта боль. А я – знаю, – прошептал он. – Знаю, каково это: убивать того, кого когда-то любил и уважал. Эта боль всегда здесь.

Понимая, что он говорит о Ши, я устояла перед порывом забрать его боль.

– Но она ведь уменьшилась?

– Да. С каждым годом слабела понемногу, и стала уменьшаться быстрее, когда я встретил тебя, – признался он. – И это не ложь.

Я вцепилась в его рубашку.

– И моя будет уменьшаться, потому что у меня есть ты.

Он сглотнул, а потом притянул меня к груди и обнял.

– Знаю, это эгоистично с моей стороны, но не хочу, чтобы ты носила такую боль.

– То, что ты этого не хочешь, – одна из причин, почему я тебя люблю.

Я приблизила губы к его губам, потому что слов было недостаточно.

Поцелуй благодарности быстро превратился в нечто более требовательное. Стремительно вышел из-под контроля, хотя, наверное, это особенность всех поцелуев. Они созданы не для того, чтобы их контролировать.

Я не заметила, как ему удалось так быстро меня раздеть, но была совершенно голой к тому времени, когда стянула с него через голову рубашку.

Клыки царапнули мое горло, а руки скользнули вниз, и одна остановилась на моей груди, а другая задержалась между грудями в том месте, куда попал болт. Не осталось никаких следов, но я знала – он никогда не забудет, где именно была рана. Рука продолжила путь по мягкости моего живота и шрамам, скользнула между бедер.

– Ты знаешь, что я изголодался? – Он пленил мои губы в быстром, обжигающем поцелуе, пока другая рука дразнила ноющий сосок. – Поппи?

Его волосы щекотали мою щеку. Я сглотнула.

– Что?

– Ты вообще меня слушаешь? – Он куснул мое горло, и я затрепетала. – Или ты неспособна слушать?

– Вполне.

Я целиком сосредоточилась на том, как его пальцы обхватили мой сосок, а другая рука лениво поглаживает между бедер.

– Я вполне способна… – Я ахнула, вцепившись в его плечи, когда он просунул в меня палец. – Слушать.

Он усмехнулся мне и начал медленно двигать пальцем туда-сюда, пока я не стала задыхаться.

– Итак? Знаешь, чего я жажду?

Меня изумляло, как быстро он меня отвлек. Удовольствие клубилось, проникая все глубже.

– Чего?

– Медовой дыни, – прошептал он мне в губы, ускоряя темп. Он склонил голову. – Я могу жить одним твоим вкусом. Клянусь.