Корона скифа (сборник)

Сумасшедших русские люди почитают близкими к Богу. Таким не подать — грех.

— Ну что, — сказал конвоир Осип Федосеев, сначала выпьем, закусим, а тогда уж вы и пилы возьмете в руки.

Всем не терпелось выпить и все дружно согласились. Выпили, закусили. Закурили. Федосеев сказал:

— Тут заимка рядом, там можно самогону выпросить. Нам, конвоирам, по нашей службе это не положено. Полных дураков туда посылать нельзя. Толку не сладят да еще заблудиться могут. А пошлем-ка мы за самогонкой Федьку Салова."

"Вот тебе, Федька, денежки, но ты их сразу не вынимай, попробуй за так бутылок пару выпросить.

— Да! Может, до той заимки шагать да шагать! Лес густой, а ну как — волки! Да кто живет на заимке — еще неизвестно.

— Кто живет? Известно — крестьяне! Да не засиживайся там!

— Не учи ученого!

Федька зашагал по тропе, вилявшей среди вековых кедров, пихт и елей. Лес был темный и мрачный. Но Федьке было весело. Сам он крестьянскую работу и жизнь забывать стал. Работа крестьянская — известно. Гни хребет от зари до зари. Да и живешь в грязи в невежестве. Упадешь на полати, а уж вставать пора. Хватит, поковырялся в назьме вилами.

Тропинка то пропадала, то вновь оказывалась. Федька оглядывался, теперь уж не деревья были вокруг, а сказочные великаны. Кедры упирались ветвями прямо в небеса. Сплошная стена хвои. Где тут заимка? Да и есть ли вообще? Заблудился, что ли?

И вдруг увидел в просвете меж деревьев ручей, а возле него дом, обнесенный высоким забором.

Толкнул калитку — заперто, собака во дворе залаяла, но из дома никто не вышел. А забор-то! Мать твоя была бабушка! Федька подпрыгнул, подтянулся на руках, мягко спрыгнул, оглянулся. Собака была здоровенная, но привязанная цепью к будке. Он понял: привязали, чтобы не мешала в нужник пройти. Значит, не одни хозяева дома, а с гостями. Ишь, увлеклись, не слышат даже, что собачонка беспокоится.