Королевство крыльев и руин

Это была иная близость. Глубже телесной. Я ощущала сплетение и слияние наших душ.

Я и проснулась, накрытая его крылом. Его ровное дыхание чуть щекотало мне ухо. Комок встал у меня в горле, когда я разглядывала лицо спящего Риза. Потом сдавило грудь. Я сознавала, как неистово я его люблю. Мне вспомнился вчерашний день со всей грязью и злобой Берона и Тамлина. Их слова заполнили все поры моего тела, нависли надо мной, как каменная глыба, угрожая раздавить. Если кто-то снова посмеет оскорбить Риза…

Эта мысль продолжала крутиться у меня в мозгу все время, пока мы завтракали, одевались и шли в зал.

"Как и вчера, я надела корону, но выбрала другое платье: из плотного черного шелка с черной переливающейся накидкой и длинным шлейфом. Его рукава, пышные у плеч, сужались к локтю. Наряд дополняло кольцо из оникса на среднем пальце правой руки. Если вчера я была похожа на упавшую звезду, сегодня неведомый портной Риза превратил меня в королеву ночи.

Одежда моих спутников тоже изменилась.

Вчера мы были самими собой: открытыми, дружелюбными, заботливыми. Сегодня мы показывали другим дворам, какую силу готовы обрушить на врагов, если нас к тому побудят.

Хелион был уже в зале. Как и вчера, его лицо выражало нагловатое равнодушие. Он мельком взглянул на Мор и чувственно скривил губы. Сегодня верховный правитель Двора дня выбрал одежду густого синего цвета с золотым окаймлением, неплохо сочетающуюся с его блестящей смуглой кожей. На ногах были золотистые сандалии.

Мор не спросила его, где он провел ночь и утро. Сам Азриель ничего не рассказывал. Он вообще молчал. Я опасалась, что после вчерашнего он может подчеркнуто не замечать Мор. К счастью, этого не случилось. Похоже, Мор немного успокоилась, видя, что Азриель вернулся в свое привычное состояние молчаливого, бдительного внимания.

Когда мы миновали арку, густо увитую глицинией, и приблизились к зеркальному водоему, нас приветствовал один лишь Тесан. Но стоило ему взглянуть на наши лица и присмотреться к одежде, как он пробормотал молитву Котлу. Его возлюбленный (тот по-прежнему был в доспехах) смерил нас взглядом и качнул крыльями. Прочие перегрины тоже приглядывались к нам, но оставались на местах.