Королевство крыльев и руин

 — Наш повелитель поди тебя заждался. Да и нам влетит за опоздание.

Я громко фыркнула. Думаю, им было слышно.

— Меня удивляет, как вашему королю хватило силы разрушить охранительные заклинания. Ему же требуется целый ворох разных магических приспособлений. Без них он — что калека без костылей.

Кто-то из Во́ронов сердито зашипел и еще неистовее заскреб когтями по камню.

— А тебе известно, чью книгу заклинаний когда-то похитила Амаранта? И кто придумал способ наказать Двор весны неснимаемыми масками? Еще одно небольшое заклинание позволило королю пробить брешь в вашей магической защите.

Далеко от нас, в вышине, слабо мерцал свет.

— Беги на свет, — шепнула я Несте. — Я их задержу.

— Нет.

— Мы слышим ваши перешептывания, — прокаркал один из Во́ронов. — Бесполезно играть в благородство. Мы все равно поймаем вас обеих.

У нас не было времени… по сути, ни на что.

— Неста, беги, — прошептала я.

Неста мешкала.

— Беги, — дрожащим голосом повторила я.

Неста сжала мою руку и бросилась к самой середине ямы. Туда, где на грязном и пыльном полу отражался свет, пробивающийся сверху.

— Что за… — пробурчал кто-то за моей спиной.

Забыв про боль в спине, я принялась раскачивать и опрокидывать полки. Гнилое дерево недовольно скрипело. Полки трещали, и с них на каменный пол сыпались пыльные книги и свитки. Я возводила преграду между Нестой и преследователями, отрезая и себе путь к отступлению.

А впереди…

Держась за стену, я пробиралась… сама не зная куда. От моей магии осталась шелуха, если такое понятие применимо к магическим силам.

— Можешь не волноваться, мы все равно ее поймаем, — с издевательской заботливостью произнес один из преследователей. — Мы же не злодеи, чтобы разлучать дорогих сестричек.

«Где ты?.. Где ты?.. Где ты?» — взывала я по связующей нити.

Вместо ответа я ощутила удар лицом о стену — я налетела на нее и оцарапалась.

— Тебе не выбраться отсюда, госпожа Фейра, — предупредили меня сзади.

Скрипя зубами, я брела дальше, без конца обращаясь к усыпленной магической силе. Она не пробуждалась. Не было даже крохотной искорки, чтобы осветить пространство, в котором я очутилась.