Королевская кровь. Книга 3

— ЗАЩИЩАЕТ СВОЮ ЖЕНЩИНУ, — возразил Бог Земли. Оглянулся, потянул медвежьим носом воздух. — СЫН МОЙ?

Демьян Бермонт опустился на колени и уперся рукою в пол.

— Простите, господин, — сказал он. — Я прослежу, чтобы ничего с ней не случилось больше.

— ТО-ТО, — проворчал Красный. И вдруг рассмеялся, гулко, колотя себя по бедрам. — НЕТ, БРАТ, ТЫ ПОСМОТРИ НА НЕЕ!

Медвежонок Полли, широко расставив лапы и наклонив большую голову, стояла перед опустившимся на колени женихом, и визгливо и угрожающе рычала на своего первопредка.

— ЗАЩИЩАЕТ! — объявил Красный, все еще хохоча. — СЛАВНО ПОГУЛЯЕМ НА СВАДЬБЕ!

И две Великие Стихии, даже не посмотрев на людей, почти одновременно растворились в воздухе.

Некоторое время оставшиеся в усыпальнице потрясенно молчали. Только маленькая медведица недовольно поворчала еще немного, и, словно забыв о явлении огромных Богов, снова поскакала к колодцу с лавой — играть с бабочками. Бермонт, тяжело вздохнув, поднялся с колен, зашагал за ней, накрыв себя щитом.

— Смирно лежать! — рыкнул он негромко и спокойно, опуская ее на пол и придерживая за загривок. Поля насупленно посмотрела на него черными блестящими глазами-пуговками. Фыркнула, разлеглась у его ног и уткнулась носом в пол.

— Что с ним? — спросил Демьян у Стрелковского, глядя на сползающего по стенке мага с перевязанной головой.

Стрелковский очень коротко пересказал события последних часов. Бермонт слушал его, хмурился и почесывал обиженно дергающего головой медвежонка по лбу.

— Рация здесь не берет, — закончил Игорь, — надо подниматься наверх. Ваше Величество, вы можете ее как-то… обратно в человека превратить?

— Нужно вернуть ее в привычную обстановку, — объяснил Бермонт, — там успокоится, адреналин в норму придет и сразу обернется.

— Кстати, — Стрелковский достал из кармана кольцо, протянул Демьяну. — Полина просила сохранить его, Ваше Величество.

Демьян улыбнулся, надел кольцо на мизинец. Огляделся, поднял голову, всмотрелся в огромные, высокие фрески, перевел взгляд на место упокоения беловолосого мужчины.

— Вы даже не представляете, какая это честь для меня — попасть в усыпальницу Красного Иоанна. И остаться живым после этого.