Королевская кровь. Книга 3

Мариан?

Его имя прозвучало тревожно, словно она боялась, что он будет против.

— Конечно, — произнес он спокойно, — я пойду с тобой. Сейчас позвоню Тандаджи, он должен быть в курсе.

После звонка принца-консорта начальник разведуправления посидел немного, пытаясь нащупать ускользающее благодушие. Затем нажал на вызов и снова поднес телефон к уху."

"— Капитан Рыжов, слушаю! — из трубки доносился смех, гул голосов, звуки музыки. Да и сам подчиненный дышал тяжело, будто после пробежки.

— Рыжов, завтра с утра в Теранови прибудет Ее Величество для разговора с драконом.

— Так точно, господин подполковник, — капитан отдышался, уточнил: — Мэру сообщать?

— Пока не нужно. Утром сообщите и так, чтобы не началась паника. Главное, чтобы дракон не улетел.

— Не улетит, товарищ подполковник, — бодро отрапортовал Рыжов. — Отсыпаться будет. А потом у них по обычаю на второй день еще колобки пекут и едят.

— Колобки.

— Да, подполковник, это сладкие кругляши с творогом и изюмом, похожи на наши сырники. Только больше. И круглые.

— Как интересно.

— Символизируют солнце и долгую счастливую жизнь.

— Да ты эксперт, Рыжов.

— Кхм… спасибо, подполковник. Извините, подполковник. Разрешите идти выполнять задачу?

— Разрешаю, Рыжов. Хорошей вам ночи.

Вечером над празднующим городком одна за другой стали появляться звезды — в горах они крупные, лохматые какие-то, будто каждая окружена мерцающей шерсткой из лучиков. Стало холодать, со склонов потянул ветерок, но праздник продолжался — кто-то уходил, кто-то приходил, уже и есть не могли — наелись на неделю вперед, и плясать — ноги держали только самых упорных, а все равно оставались за столами, разговаривали, пели песни, пили за молодых.

Тася украдкой зевнула, и Энтери обхватил ее рукой, прижал к себе.

— Пойдем? — спросил он тихо.

— Пойдем, — ответила она серьезно, беря его за руку.

Их никто не останавливал, хотя за столами замерли. Музыканты, притомившиеся за вечер, завели медленную переливчатую мелодию — пронзительно пела дуда, желая молодым счастья, ей тихо вторила скрипка — словно две птицы перекликались трелями. Так и прошли новобрачные через площадь, держась за руки.