Королевская кровь-11 (СИ)

Поэтому надо отвлечь, заговорить…

- Ты пришла поклониться мне? - насмешливо крикнул он по-рудложски.

Колдунья странно повернула голову, будто прислушиваясь,и потом посмотрела прямо на него.

- А кто ты? – спросила она безо всякого страха, с такой прямой спиной, что у Тенш-мина зубы заныли: заставить склониться, покориться. Он неспешно щупал ее сознание, протягивал туда невидимые путы – и не верил себе, потому что никакого сопротивления не ощущал.

- Меня зовут Тенш-мин, - ответил он, стараясь не насторожить ее.

- Вот ты какой, Тенш-мин, – усмехнулась она устало. – Зачем тебе моя страна, скажи мне? Зачем этот мир? азве у вас нет своего мира?

- Наш мир тонет. Скоро в нем не будет жизни! Наши боги велели завоевать для них этот! – крикнул он.

- Но вы могли прийти мирно. Попросить о помощи, – сказала она какую-то глупость. – Тура большая и щедрая, наши боги добры, вас бы приняли.

- Это путь слабаков, - презрительно сплюнул Тенш-мин.

- Мирный путь – путь жизни, – покачала головой колдунья.

Он даже не стал смеяться, ну что делать с глупой бабой? Даром, что прекрасна, как лучший меч.

- И как же ты меня остановишь? – поинтересовался он – потому что та все ещё не замечала его давления, его мысленных пут.

От основания холма послышалось гудение, и Тенш-мин оглянулся. К разрушенной крепости поднимались военные машины с бойцами.

- Вот так, – сказала колдунья просто.

Он ударил еe ментально, захватывая, подчиняя, заставляя подойти ближе – потому что захватить ее было единственным способом заставить ее армию сдать оружие. И колдунья дернулась, недоверчиво глядя на него, сделала вперед шаг, другой.

Тенш-мин спрыгнул с тха-охонга, бросился к ней, чтобы схватить, протянул руки… она выставила ладонь вперед, и генералу показалось, что от колдуньи пышет жаром, - но он не успел ничего понять: почему она не покорилась, как он это не заметил? Он заорал, потому что сбоку прыгнуло на него что-то яркое, сверкающее, в голове помутилось от боли, на руке сомкнулись обжигающие клыки… а затем крик прервался, и не было больше Тенш-мина, была жирная сажа, осыпавшаяся у ног желанной пленницы.