Королевская кровь-11 (СИ)

Опасности водоемы, образованные на месте падения божественных доспехов, не представляли – он же пил из ручья, и вода просто показалась необычной и бодрящей. Да и вечером предстояло нырять в похожее – так что почему бы и нет?

Он снял чудом уцелевшие штаны, плoтнее перевязал укоротившуюся косу и прыгнул в воду.

И едва не задохнулся от ледяного кулака, сжавшего тело, сдавившего грудь. Рванул вверх, к воздуху – но верха не было,и низа не было, а ледяной кулак все сжимался, грозя перемолоть кости, пробивая разрядами и обжигая левую руку.

Когда Четери очнулся, уже темнело.

Он лежал на дне совершенно сухого oзера. Пальцы левой руки покалывало холодом."

"Дракон сипло закашлялся, засмеялся – все-таки ив, хоть и глупостью не заслужил этого. Повернул голову, поднес к глазам руку... и восхищенно помянул свою божественную матушку.

Ладонь его от запястья до вторых фаланг пальцев была словно залита зеркальной сталью или серебром, совершенно неощутимым – будто и не было там ничего.

Он бы полежал так, приходя в себя, ибо обретение чудесного артефакта – наверняка части доспеха местного водного бoга – высoсало из него все силы: ноги и руки дрожали словно после недельного забега по раскаленной пустыне. Но красноватые солнечные лучи неумолимо двигались вверх по стволам деревьев, предвещая скорый закат.

еще очень хотелось жрать.

Поэтому дракон сел, скрестив ноги, и разогрел тело глубоким дыханием – когда живот на выдохе чуть ли не прилипает к позвоночнику, а диафрагма ходит вверх-вниз, как рычаг, раздувая легкие. Голова, закружившись поначалу, приобрела ясность, руки и ноги перестали дрожать.

Это ненадолго, но ему хватит.

Первым делом, подявшись, Четери проверил, не мешает ли перчатка появлению и использованию клинков – но они все так же легко ложились в ладони и послушнo исчезали.

Удар не стал сильнее, но боль почти не ощущалась: зеркальная гладь доспеха, подрагивая мелкой рябью, заглушила ее, будто дракон бил по воде, а не по дереву.