Королевская Академия Магии. Охота на Перерожденную

Хрустальный перезвон сигнального заклинания заставил меня вздрогнуть.

А через мгновение я, с немым изумлением, смотрела на Императора, что пришел одновременно с вернувшимся големом, на которого и сработала сигналка.

— У меня всего несколько минут, — Тиверрал положил на столик чуть помятую шоколадку, — но я подумал, что нужен тебе сейчас.

— Нужен, — тихо сказала я.

— Я могу отнести твоих питомцев в лаборатории, — он создал кресло и сел рядом со мной.

— Не нужно. Я чувствую, что они внутри, спят.

Он вскрыл шоколадку, отломил дольку и поднес ароматный кусочек к моим губам:

— Попробуй.

Я смотрела на него и не знала, как сказать, что руки у меня все-таки есть.

Я смотрела на него и не хотела, чтобы он вспоминал, что руки у меня все-таки есть.

А через пару минут сработали сигнальные чары и он, грустно улыбнувшись, подхватился на ноги.

— Я должен идти. Скоро все изменится, верь мне.

Я изводила себя все оставшееся до ночи время и, в итоге, ночевать пошла к нему. Свернувшись на краю постели, в мятом платье, я решила прикрыть ненадолго глаза.

Проснулась я от того, что стало очень жарко. Кто-то большой и теплый прижимал меня к себе, гладил по голове и уверял, что все-все будет хорошо.

— А даже если все будет немного плохо, — выдохнул Тиверрал, — я верю, что тебе от этого будет только лучше. Я все испортил, все потерял. Спи сладко, моя маленькая драконья императрица.

— Попробуешь меня усыпить — укушу, — прошипела я, змеей изворачиваясь в его объятиях.

Я была полна гнева! Похоже, кто-то решил торжественно самоубиться, вместо того, чтобы решать проблемы.

Вот только повернулась я так резко, что впечаталась лбом в нос Императора.

— Покушение, — засмеялся он, и стер выступившую кровь, — ты не ушиблась?

На самом деле, в голове у меня немного звенело. Но я как-то постеснялась признаваться.

— Кровь так и идет.

— Вся не выйдет, — усмехнулся он.

— Мне не все равно, что с тобой происходит, — я коснулась его переносицы, — мне не все равно, жив ты или мертв.

Он смахнул мои пальцы со своего лица, бросил на нас исцеляющее заклятье и, перекатившись, навис надо мной:

— Тогда я тем более должен рискнуть. Чтобы провести с тобой всю жизнь.

— Не только со мной, — фыркнула я.

— С вами, — шепнул он.