Королевская Академия Магии. Охота на Перерожденную

Вот только чешуйки в центре ладони были такими же золотистыми, как и всегда.

— Невозможно, — коротко выдохнула я. — Даже выщипанная чешуя, хоть и отрастает золотой, но возвращает себе лазурный цвет!

Тиверрал резко вскинулся, прищурился и я всем своим существом ощутила, что сейчас он скажет что-то такое, что я никогда не смогу ему простить.

Но он промолчал. А через долгую минуту он мрачно произнес:

— Я стал слаб и эгоистичен.

— О чем ты?

— Я думаю, что синева на твоей чешуе — эмоции, — глухо произнес он. — И я точно знаю, что и как сказать, чтобы тебе стало невыносимо больно.

— Может, не нужно делать мне больно? — тихо спросила я, касаясь его склоненной головы. — Трудно любить того, кто постоянно причиняет боль.

— А ты любишь? — он вскинул на меня взгляд и, поймав мою руку, прижал ее к своей щеке.

— Я…

«Я не могу ответить на этот вопрос даже себе, как я отвечу тебе?!», хотелось прокричать мне."

"И в этот момент кожу защекотали чешуйки, которые никто не звал.

Освободив руку, я посмотрела в центр ладони. Да, синева есть.

— Видишь, не нужно причинять боль, чтобы узнать истину, — я чуть улыбнулась, — и портного обижать не надо. Я все сделаю, правда.

Тиверрал не отрывал взгляда от моей руки, затем он осторожно взял мою ладонь и сложил из пальцев кулак, как будто я скрываю свою отметину. А после осторожно предположил:

— Думаю, твое похищение было репетицией и способом вернуть твоих питомцев не привлекая внимания.

Я вздрогнула и осмотрелась, ожидая увидеть любопытные мордочки, выглядывающие откуда-нибудь из стены.

— Ты думаешь, что они уже не они? — севшим голосом спросила я.

— Нет, я думаю, что в них было нечто, что изменило тебя, — Тиверрал тяжело вздохнул, — не выходи никуда, Май-Бритт. Я притащу сюда кое-кого.

Ухватив Императора за край манжета, я выпалила:

— Сюрпризы последнее время перестали быть приятными! Кого вы хотите привести?

— Последнего лояльного короне мага крови, — уклончиво сказал Император, а через мгновение добавил, — отца Шан-Миорран.

Качнувшись, он склонился ко мне и оставил поцелуй на моей заледеневшей коже.

Прижав ладонь к щеке, я смотрела как гаснут портальные искры и гадала, что же скажет мне отец моей души?

Я бы хотела смотреть на все равнодушно.