Королева восстанет

– Ваше величество? – По коридору к нам торопливо приближался Джеймсон, за которым с пристыженно опущенными головами следовали два других стражника. – Сожалею, но у остальных тоже нет никаких сведений о местонахождении вашей сестры. Никто не видел, как она покинула свои покои.

Кажется, у меня сейчас будет разрыв сердца. Вокруг творилось слишком много всякого дерьма.

– То есть вы серьезно потеряли принцессу?

– Наверняка она просто гуляет или вроде того, – попробовала успокоить нас Бриана, и я вновь переключил внимание на нее.

– Без стражи? – ледяным тоном парировал я.

– Возможно, она хотела побыть одна.

Я пристально смотрел на нее. Бриана уклонялась от моего взгляда.

– Мы прочешем замок, – предложил Джеймсон и уже собирался развернуться, однако я поймал его за руку и остановил.

– Довольно, Бриана. Расскажи мне, что тебе известно.

Застигнутая врасплох, та поморщилась.

– Она планировала вернуться ровно к ужину…

– Вернуться откуда? – не отступал я.

Дочь казначея выпятила подбородок:

– Лире просто нужно немного свободного пространства, понимаете? Уверена, с ней все в порядке.

– То есть она не в замке?

Девушка прикусила нижнюю губу, а у меня что-то болезненно сжалось в груди. Не могла же она говорить всерьез, черт возьми.

– Я повторю свой вопрос еще всего один раз. – Мой голос больше напоминал рык, потому что я изо всех сил старался говорить спокойно. Тревога за Лиру у меня в душе́ разрослась до бушующего урагана.

Бриана сглотнула.

Морган, кажется, просто потрясен.

– Бриана.

– Она собиралась в город.

– И кто сейчас с ней? – выпалил я.

– Никого.

– Что значит «никого»? Кто защитит ее, если…

– Бенедикт!

Я резко развернулся. Ко мне решительным шагом спешила Эрис, и от ее мрачного вида у меня в желудке все перевернулось.

– Идем со мной, – позвала она. – Тебе звонят.

На мгновение я растерянно уставился на нее.

– Звонят? – переспросил я.

Взгляд Эрис метнулся к остальным.

– У меня сейчас нет времени разговаривать по телефону, Эрис. Лира исчезла.

Однако она не сдалась. Вместо этого Десница положила ладонь мне на руку, и у нее на лице тенью промелькнуло сочувствие.

– Я знаю, – тихо произнесла она. И у меня внутри что-то надломилось.

По спине побежали ледяные мурашки.