Король уныния

Потом его перевели в нью-йоркский офис, и он сделал мне предложение за месяц до того, как я начала работать в Kensington PR.

Мой отец был в восторге, когда мы начали встречаться. У Бентли была хорошая работа, он знал, что сказать, и происходил из богатой, «приемлемой» семьи. Он был зятем мечты Джорджа Кенсингтона. Честно говоря, мой отец, наверное, стал счастливее, когда идеальный зять оказался в паре с идеальной дочерью, а не со мной.

— Мои планы по созданию компании уже были реализованы, так что я не могла отложить их, чтобы спланировать свою свадьбу.

В пределах слышимости не было никого, кроме Ксавьера, но это не помешало красному, зудящему смущению поползти по моей коже.

— Через несколько месяцев после того, как он сделал мне предложение, я прилетела в Лондон по работе. Конечно, мы поссорились из-за этого, так как это было на праздники, но это был кризис, связанный с моим самым крупным на тот момент клиентом.

Эта сцена отпечаталась в моем мозгу, как бы я ни старалась ее стереть. Она склонилась над диваном, который выбрала я, он позади нее, их стоны и вздохи, пока я в оцепенении стояла, пытаясь осознать, что, черт возьми, происходит. Они были так увлечены друг другом, что заметили меня только после того, как кончили.

Новая волна унижения захлестнула меня. Когда тебе изменяют — это одно. Но когда тебе изменяют жених и сестра — это уже новый уровень предательства.

Хотя мы с Джорджией не были близки, я не ожидала, что она окажется настолько бессердечной. Она даже не извинилась.

— Господи. — Ксавьер выпустил череду испанских ругательств. — Мне так жаль, Луна.

— Все в порядке. Это был важный урок, — резко сказала я.