Жена напрокат

— Не покупай моего сына, Смоляков! — едва слышно сказала я, приблизившись к Даниилу.

— А тебя? Можно мне купить тебя? — повернув голову в мою сторону, спросил хоккеист.

Я отпрянула: чересчур близко от моего лица оказались пухлые губы и горячее дыхание касается моих щёк.

— Так, теперь надо заставить твою маму переодеться во что-нибудь другое, — подмигнул Мирону Даниил и обратился ко мне. — Никаких розовых резиновых тапочек!

— Ха-ха, — кисло ответила я.

Я не назвала Смолякову свой адрес, но он уверенно направил автомобиль в правильном направлении.

Похоже, что мы с Мироном его, по правде, внезапно заинтересовали. Осталось только выяснить, зачем?

12. Настя

«Пора бы выпутываться из этой ситуации!» — в очередной раз подумала я, почему-то нервничая, когда внедорожник Смолякова остановился возле моего подъезда.

— Подожди нас в машине? — небрежно бросил Смоляков Мирону.

И это ещё один меткий выстрел прямиком цель. Это безграничный кредит доверия, выданный Смоляковым Мирону. Разумеется, мой сынишка не подведёт.

Я не зная, радоваться этому или нет. Мне вдруг захотелось, чтобы Мирон сильно напакостил Даниилу. Так сильно, чтобы звёздный хоккеист сбежал, поспешив забыть о сыне и обо мне.

Но Смоляков — крепкий и твердолобый орешек. Через две минуты он выудил из кармана моих спортивных брюк ключи и открыл дверь моей квартиры.

Хотя бы здесь я могу мысленно усмехнуться и поставить галочку. У меня двухкомнатная квартира, нормально обставленная и мне за неё не стыдно… было.

Потому что стоило Смолякову пройтись по залу, как стало ясно: одни часы на его запястье стоят, как весь мой ремонт.

Смоляков пинком открыл дверь спальни и опустил меня на кровать, внезапно выставив руки по обе стороны от меня.

— Сегодня у нас с тобой ужин, Мышка, — выдохнул мне на ухо Смоляков и отодвинулся. — На сборы у тебя есть десять минут.

Я едва дышала от близости этого красавца. Всего на мгновение я подумала о… хм, процессе зачатия естественным путём вместе с Даниилом.

Хорошо, что он уже был у двери и не видел, как сильно загорелись мои щеки.

Я хотела злиться, рвать и метать, но Смоляков держал меня на крючке, угрожая растрепать о своём отцовстве сыну.

Осталось только выяснить, зачем ему это надо? Не верилось мне во внезапно проснувшееся чувство отцовства у того, кто продал своё семя в банк спермы.

Я вздохнула и стянула с себя спортивный костюм, оставшись лишь в спортивном бюстгальтере и хлопковых белых трусиках с забавным рисунком. Что бы мне надеть?..