Король Ардена

Он вложил всю нежность, преданность, благодарность и чистую безусловную любовь к ней.

* * *– Рэндалл Регулус Корвин! – Громогласный голос служителя божьего дома многогранным эхом пронесся по большому залу. – Клянешься ли ты служить своему народу верой и правдой и защищать его ценой своих чести и жизни?

– Клянусь! – громко ответил Рэндалл.

Сегодня здесь собрались все ближайшие советники Рэндалла, знатные лорды Ардена, гости из соседних королевств и простые горожане. Боковым зрением он заметил в первых рядах чету Норвиллов.

Его сердце заполнилось радостью за подругу детства, а потом забилось еще чаще, стоило только подумать о том, что он узнал меньше часа назад. Рэндалл переглянулся с Авророй, которая стояла рядом и сжимала его предплечье холодной от волнения ладонью."

"– Аврора Корвин! – Служитель повернулся к ней. – Клянешься ли ты служить своему народу верой и правдой и защищать его ценой своих имущества, чести и жизни?

– Клянусь! – ответила она тише, чем Рэндалл, но так же твердо и уверенно.

Несмотря на большое количество народа, в зале, украшенном цветами и золотыми и серебряными лентами, царила благоговейная тишина. На глазах у сотни людей вершилась новая история. Спустя почти два столетия Арден вновь обрел свободу и королевскую чету в лице последнего потомка рода Корвинов и его верной супруги.

Служитель подошел к высокому помосту, на котором стояли две раскрытые шкатулки. В одной из них находилась массивная корона из белого золота, в центре которой под солнечными лучами, струившимися из окон, мерцал рубин.

Такая же корона, но более изящная и миниатюрная, лежала на подушечке в соседней шкатулке.

Служитель взял корону Ардана Корвина и водрузил ее на голову Рэндалла. Он уже хотел повторить то же с Авророй, но Рэндалл покачал головой, останавливая его. Служитель удивился, но перечить не стал и отступил на шаг.

Рэндалл подошел к шкатулке и бережно достал корону. Он сам надел ее на голову взволнованной Авроры, давая понять всем собравшимся, что ее коронация – это его решение, которое не подлежит возражению и сомнению.