Корабль призраков

Там же, где солнце топило лед, – они и были льдом, почти невидимой ажурной сеткой, общим планом.

Над тюленьей массой стоял гул, тот самый гул, который все мы слышали ночью. Только теперь он не был таким однородным, в нем, как в огромной аэродинамической трубе, господствовало несколько основных звуков. Тонкий крик, похожий на плач обиженного ребенка; утешающий глуховатый рык мужчины…

– С ума сойти, какая красотища, – тихо сказал Антон.

– Зрелище ничего себе, – подтвердил Макс. – Не для слабонервных…

– А они не боятся человека? – глупо спросила я.

– Пока не боятся. Пока не выстрелили в первого попавшегося.

– А что будет потом?

– Голубей видели? – спросил у меня Макс.

– А при чем здесь голуби?

– Видели, как они снимаются, стоит только их вспугнуть? Так вот, здесь то же самое, с поправкой на комплекцию. Но ближе чем на тридцать метров подходить не стоит.

– Почему?

– Попрыгают в воду, пойдет волна, да здесь еще к тому же и льды.

– А как же… Как же их тогда перевозить? – Первый шок от встречи с тюленями прошел, и теперь Антона интересовали технические детали операции: даже издали тюлени выглядели весьма внушительно.

– Да просто. На льдине свежуем, мясо в одну сторону, шкуры в другую. Разделываем по мере возможности. И – в бот.

– Такую тяжесть? – Антон осторожно похлопал бот по бортам.

– Этот бот полтонны груза смело выдержит… Ну что, готовы?

– В общем, да, – неуверенно сказал Антон и так же неуверенно поднял карабин.

– Старайтесь попасть в голову. Все остальное – перевод пуль. Там один только слой жира сантиметров восемь, не меньше. Застрянет, и никакой пользы…

– А вы, Ева? – спросил у меня Антон.

Я молчала. У меня не было никакого желания принимать участие в охоте, больше похожей на тяжкий труд в государственной бойне. Эта идея не вдохновляла меня с самого начала, а теперь, после красочных описаний инструктора по разделке туш, это выглядело совсем уж отвратительно.

– Нет, я не умею стрелять, – вдохновенно соврала я."

"Макс хмыкнул. Ничего другого от чистоплюйки в вытертой собачьей дохе и ожидать не приходится, она будет только многозначительно вздыхать, не исключено, что и слезу подпустит.