Корабль призраков

– Это почему же, дамочка?

Уничижительное Максово “дамочка” задело меня, странно он разговаривает со мной, как будто и не было вчера никакого знакомства, как будто и не было вина в плетеной бутыли… Но я решила не проявлять ненужных эмоций. Мне они еще пригодятся. А сам Макс для меня – пустое место…

– Слишком неповоротливы, – сдержанно ответила я.

– Это вы, я вам скажу, “В мире животных” насмотрелись. Или любили посещать какой-нибудь дельфинарий по воскресеньям. Тюлень в природе, несмотря на то, что тянет на триста-четыреста килограммов, довольно юркое существо.

Что-то типа блохи. Я уж не говорю о ларге или бельке. Так что вы сначала в него попадите.

– А вы сами не будете стрелять? – осторожно спросил Антон.

– Переводить пули на животных – интереса мало. – Макс мотнул головой, и шрам на его щеке угрожающе задрожал. – Так что считайте, что я свою квоту выбрал…

– А есть здесь еще что-нибудь, кроме тюленей? – В нейрохирурге заговорил юный натуралист.

– Кое-что. По берегу медведи бегают.

Видели, берег какой? На сотни километров ни человека, ни жилья. Только медведи и водятся. Есть, правда, недалеко островок один, сплошные скалы. Святого Ионы называется. Так вот, там птички, кайры. Яйца – радость дальтоника: скорлупа зеленая, а желтки красные… Их там тысячи, если не миллионы. Ну, и чайки. Птичий базар, одним словом.

– А что-то еще есть на этом острове?

– Еще есть метеостанция. Безлюден, правда. Работает в автоматическом режиме. Вот и все, собственно. А теперь давайте-ка заткнемся.

Поскольку прибыли.

…Это было грандиозное зрелище.

Одно из самых потрясающих, которые я только видела в своей жизни. Когда бот вывернул из-за мощной льдины, перед нами предстало относительно ровное пространство, усыпанное осколками льда. Я не знала точно, сколько метров нас отделяют от этой колонии льдов, – море и здесь играло с нами в сумасшедшие игры, оно преломляло свет, делало его живым, а льды дышали и двигались. Я не удержалась и сняла очки: сразу же заломило в глазах.

Поседевшие, разбитые солнцем осколки льда оказались тюленями. Их было несколько сотен, может быть, тысяча, – они лежали на солнце, на высоком солнце, которое пыталось пробиться из-за туч и иглами прожигало лед. Вся эта огромная, колышущаяся масса тюленей была зеркальным отражением небесной схватки. Ее точной земной копией. В тех местах, куда не попадали солнечные лучи, тюлени казались вырезанными из плотного картона, их четкие силуэты завораживали.