Контролер (ПВ-3)

Малец чуть затих, услышав, как бросились люди вокруг на его защиту, но иногда показательно вскрикивал, словно я все еще кручу ему уши.

— Товарищи, этот ребенок, которого вы так яростно защищаете — вор! — постарался я перебить разнесшийся по двору гвалт жителей.

Для убедительности и придания веса своим словам, я достал свободной рукой свое удостоверение члена ЦКК и, не открывая его, поднял над головой. Издалека его вполне можно принять за корочку милиционера или вообще сотрудника ОГПУ. Ну или члена партии, что тоже весьма весомо.

— Да врет он все! — запищал он. — Не вор я! Товарищи, вы чего? Да он же насильник!

— Ну все, — сжал я зубы, — мне надоело. Товарищи! — крикнул я погромче, чтобы привлечь внимание. — Вызывайте милицию, пускай они разбираются — кто из нас прав.

— Правильно!

— Вот это дело!

— Таки я вас умоляю, ну что могут эти поцы?

Со всех сторон стали раздаваться в основном одобрительные возгласы, изредка перемежаемые чьим-то брюзжанием.

"Милиция прибыла только через полчаса. Все это время я не отпускал уже не голосящего во все горло пацана, зато вдоволь наслушался местных жителей. Когда те немного успокоились, перешли на обсуждение самой ситуации, затем на то, какая молодежь пошла, и как-то незаметно переключились на простой разговор о собственных проблемах и перемывании косточек знакомых. О нас будто забыли.

Прибывший милиционер ничуть не удивился, когда увидел задержанного мною мальца.

— Что, Фимка, снова попался? — хмыкнул он.

— Вяжи, вертухай, честного фраера, — шмыгнул носом мелкий воришка.

И так это нелепо звучало из его уст, что я не выдержал и рассмеялся. Пальцы у меня давно затекли, а тут еще и расслабился, плюс — смех… короче, я не заметил, как отпустил пацаненка. И тот тут же этим воспользовался, юрко прошмыгнув между ног милиционера, и под улюлюканье жильцов двора и мат служащего сбежал.

— Вот, сорванец! — зло и с неким восхищением в голосе, констатировал страж порядка.

Тут он повернулся ко мне.

— Извиняюсь, товарищ, мы его найдем и вернем украденное.

— Да я сам уже вернул. Было время, — разминая затекшие пальцы, ответил я. — Лучше скажите, что с ним будет? Родители то хоть в курсе, чем их сын занимается?

— Нет у него родителей, — угрюмо покачал головой милиционер. — Погибли в гражданскую, под самый конец.