Консультант по дурацким вопросам

Он раньше такое видел только у опытных гаишников: документы зажимаются между пальцами левой руки и одним большим пальцем листаются с удивительной ловкостью.

— Ну а то, что ты журналист, — про это еще чего-нибудь есть?

— Есть.

— Показывай, — терпеливо сказал подполковник.

Почему-то вместо пресс-карты Диксон вытащил очередной паспорт, синий.

— Давай-давай-давай… О-о, вот это уже документ. С этим уже можно работать…

Уже три паспорта — южноосетинский, российский, американский — были зажаты у подполковника в руке.

Подполковник нагнулся и подобрал их, особо не рассматривая.

— Ну так кто ты? — спросил он Диксона, будто только сейчас его увидел.

— Журналист. Работаю по аккредитации…

— А здесь что делаешь?

— Я здесь много лет живу, защищаю права осетинского народа…

Миша прислушался. Чиновник МИДа очень странно переводил диалог.

— Эй, мужики, — сказал Миша. — А он переводит неточно.

— Да ну?

— А давайте вместе послушаем.

Диксон тем временем говорил:

— Я тут снимаю, я делаю репортаж, я знаю, что снимается кино, я звонил в Москву, получил разрешение…

Мидовец бодро отбарабанил:

— Я фотографирую мирную жизнь осетинского народа!

Миша не выдержал и начал довольно громко комментировать все эти трудности перевода.

Подполковник сначала недовольно дернул ухом, потом обернулся и спросил:

— М-м?.. Ты чего, язык знаешь?

— Ну, в некоторых пределах.

— Так, иди сюда. А ты — пшел нах. Замминистра с оскорбленным лицом отодвинулся к своему джипу.

— И чего он там неточно переводил?

Миша быстро растолковал, что и как у мидовца не стыкуется с ответами Диксона.

— Хм… Ты, — это Диксону, — жди. Пойдем отойдем.

Они отошли в сторонку, и подполковник задал Мише свой любимый вопрос:

— Ты кто?

— Съемочную группу сопровождаю, — Миша показал в сторону лагеря.

— Чё делаете?

— Чё, кино снимаем.