Константа

Его вело передо мной и он не скрывал, задавал ритм, срываясь в дыхании от свидетельств что справлялась и справлялась жадно, открыто демонстрируя сколько приносит наслаждения натяжение его пальцев в волосах, даже когда уже ощутимо болезненно. Но это был срыв планки, заставляющий находиться за пределом своих возможностей в ритме, доводящего его до безумия. И его вкус становился еще более насыщенным. Он был упоительно близок к срыву. Судорога свела сильные пальцы в моих волосах почти одновременно с моим осознанием, что я теряю контроль и вот-вот подведу, что кислорода не хватает и адски болит не только горло и губы, что я хочу еще, хочу сжечь его, но силы на исходе.

Отчаянии не успело оформиться, когда он отстранил от себя резко, рывком за волосы назад.

— Глаза закрой, — его глухой от срыва дыхания голос, когда сам сжал эрекцию. И в пару движений довел себя до срыва.

Резко откинул назад голову, ударившись о дверное полотно, но не заметив, потому что его сотрясала дрожь под сокрушительным финишем.

Кончал. На лицо. Наблюдая сквозь ресницы и улыбаясь так, что не передать. Такого его я не знала и, держу пари, что мало кто видел. Если вообще видел. Опьяненного до беспредела и за него, с адским хаосом в глазах, откровенно ревущим наслаждением.

Почти не ошибся, почти всё ушло за мои разомкнутые, зудящие, припухшие губы. Почти. Только штрих спермы на скуле и его взгляд на этом. Призывно повел головой. Плавно, по хищному, не моргая и не отпуская это взглядом.

За волосы потянул вверх, требуя встать быстрее. И я слабела, улыбаясь безумно, когда он слизывал горячим языком сперму с губ со скулы. Когда отстранялся, расслабив губы и на его языке, лежащим поверх нижней губы, я видела собранные им с моего лица белесые капли. Усмешка в плавленом золоте глаз и вновь требовательно пальцами в мои волосы, придвигая рассмеявшуюся меня к своему расслаблено улыбающемуся лицу, заставляя языком забирать капли и вновь сходить с ума от его вкуса и от поцелуя сопровождающего этот вкус. Пока не сошел без следа. А поцелуй глубже и еще откровеннее, хотя, казалось бы, куда уж дальше, но от бешенства внутри капля по внутренней стороне бедра, от удара вниз живота, от его рук, сжавших ягодицы до следов, от того, что вытворял языком с моим…"

"Сорванный выдох ему в улыбающиеся губы, когда почувствовала его ладонь, с нажимом идущую вверх от середины внутри бедра, собирающей капли.