Конкурс убийц

Перед тем как нам приехать в управление, я подходил к дежурному регистратору и спросил его, действительно ли это так. Тот подтвердил слова Евсеевой. Терентьев подошел к нему утром, они перекинулись парой слов, и он вышел через центральный вход примерно без пяти пять.

— Через центральный вход… — Лев Иванович повторил фразу за Станиславом. — Наверняка в отеле есть и другие входы-выходы.

— Есть еще три, — ответил Пятаков уже спокойным голосом. — Один ведет в кухню, которая обслуживает кафе. Но из кухни есть выход в отель.

Илья Ильич искоса глянул на Гурова и добавил:

— Служебный выход, что ведет на стоянку, постоянно открыт. Второй — в парковую зону — закрывается на ночь охранником.

— Камеры там тоже стоят? — поинтересовался Крячко, но потом сам себе и ответил: — Хотя в нашем случае это не играет никакой роли.

Лев Иванович подошел к окну и задумчиво стал смотреть на улицу. В кабинете стало так тихо, что было слышно, как шумит кондиционер. Первым нарушил молчание Андрей Лемешев.

— Так что мы предпримем дальше? — спросил он и, быстро глянув на Пятакова извиняющимся взглядом, посмотрел на Льва Ивановича.

— Сегодня, наверное, уже ничего, — ответил Гуров, все еще пребывая в глубокой задумчивости.

Он повернулся к Лемешеву и спросил:

— Андрей, вы можете к завтрашнему дню раздобыть фотографию Ирины Павловны Шнайдер? Желательно тринадцатилетней давности. И еще мне нужны будут распечатки с телефонов Терентьева-Леонидова и Шнайдер. Они ведь сейчас общаются? — Лев Иванович вопросительно посмотрел на Пятакова.

— Да, Шнайдер не стала отрицать, что она общается с сыном, и у них очень даже дружеские отношения, — ответил Илья Ильич. — Считаете, что они были в сговоре и убили Кирьянова, чтобы подставить его жену? Но для чего? Каков мотив?

— Пока что я не готов ответить на ваши вопросы, но что-то мне подсказывает, что нужно двигаться в этом направлении, — ответил Лев Иванович.

— Нет.