Колокола судьбы

А когда Зебольд и Лансберг растерянно переглянулись, произнес: — Я спрашиваю: кто-нибудь из вас, лично, видел Беркута?

— Только что о его пленении сообщили по телефону, из управления полиции, — объяснил Зебольд. — Мы присутствовали при этом в полицейском участке, поскольку выясняли обстоятельства гибели той самой медсестры, что из дота…

— О медсестре потом. Она мертва. Сейчас меня интересует Беркут.

— Русские пытались переправить его через линию фронта. Но, то ли самолет задело осколком зенитного снаряда, то ли что-то произошло с мотором… Словом, пилот совершил вынужденную посадку.

Пока экипаж ремонтировал машину, Беркут и еще несколько человек прикрывали его, лежа на гребне долины. Взрывом гранаты его контузило. Еще один партизан был обнаружен смертельно раненным в живот, другой — убитым. Самолет взлетел без них.

Гауптштурмфюрер снова мрачно осмотрел обоих. Вплоть до грязных сапог. На сапогах он задержал взгляд особенно долго, как фельдфебель, осматривающий солдат-первогодков, прежде чем разрешить им отбыть в увольнение.

Между тем в этой деревне грязь и сырость были везде: на дороге, у которой они оставили свои машины, чтобы принять участие в карательной экспедиции против еще одного «запартизанившегося» поселка; на телах убитых, лежавших сейчас чуть ли не в каждом дворе; и даже здесь, в кабинете директора школы — единственной, как его уверяли, чистой комнатке в этом довольно большом двухэтажном здании.

Все, что здесь было когда-то из мебели, жители окрестных домов порастаскали и, очевидно, сожгли.

Гауптштурмфюреру был предоставлен единственный уцелевший, принесенный откуда-то из подвала, шаткий стул, на котором он восседал уже целый час, ожидая, когда во двор школы приведут особо оголтелых пособников партизан, подпольщиков и бывших активистов. Именно в школе он и намеревался их сжечь, вместе с тем духом, которым они прониклись в ее стенах. А что, в этом есть что-то от высшей справедливости. Причем справедливости уже не столько вооруженной борьбы, сколько борьбы идей.

— Где он теперь находится?

— В полицейском управлении, в Подольске, — первым отреагировал шарфюрер Лансберг. — Звонили оттуда. Там знают, что вы на акции и что эта информация может заинтересовать вас.

— Не отвлекайтесь, — поиграл желваками Штубер. — Отвечайте только на мои вопросы. Что конкретно сказал человек, звонивший сюда?"

"— Схвачен партизан. Командир. Назвал себя Беркутом. И был опознан как Беркут. Никаких документов при нем не оказалось.