Коллекция

» — так и просится слово оплачено!

Только сегодня-то какое тебе дело до этих чертовых фотографий?!

Секундочку, а почему эти фотографии лежат отдельно от остальных?

Кира взяла с кресла две другие и задумчиво посмотрела на верхнюю — смеющаяся девчушка лет четырех — опять же в профиль, каштановые волосы заплетены в шесть аккуратных косичек и разукрашены яркими цветными заколками. Хорошенькая, как куколка. Кире невольно вспомнился голос Влады, когда-то, давным-давно произнесший то же самое. Уж не та ли это пропавшая семья, о которой она говорила? Кира перевернула фотографию.

Кира взяла последнюю фотографию, взглянула на нее и побелела. Куда-то вдруг исчез весь воздух, и в затылке больно стукнуло, словно кто-то от души хлопнул по нему тяжелой ледяной ладонью. Она отрицательно качнула головой, потом поднесла цветной квадратик так близко к глазам, что почти уткнулась в него лицом, уронила на пол и что-то пробормотала — беспомощный, болезненный, шелестящий звук.

Лицо на фотографии многое объясняло.

И отнимало тоже многое.

* * *Кто-то сидел на одной из дворовых скамеек — Кира краем глаза увидела две темные тени, но не обратила на них внимания и пробежала мимо, спотыкаясь чуть ли не на каждом шагу. В кронах акаций шелестел ветер, где-то вдалеке лаяла собака, из распахнутых окон бормотали, пели и вскрикивали телевизоры. Все это доносилось до нее издалека, и даже звук собственных шагов и сминавшаяся под ними сухая трава были далекими.

Когда она оббежала соседний дом с торца, навстречу ей метнулась высокая тень, и в следующую секунду крепкие пальцы вцепились в ее плечи.

— Я же тебя просил! — зло прошипел Вадим. — Почему ты так, почему не предупредила?! Хочешь себя погубить?!

Кира заметила, что он не только не надел свои очки, с которыми не расставался на улице в любое время суток, но и выскочил босиком, в тренировочных штанах и легкой майке, совершенно не скрывавшей его отнюдь не стариковского телосложения.

— Как ты узнал, что я иду сюда? — удивленно произнесла она."

"— Увидел в окно… Что-то случилось? — его ладони переползли ей на спину, и Вадим склонился, заглядывая Кире в лицо. — Почему ты так дрожишь? — его взгляд начал стремительно ощупывать ее с ног до головы.