Коллекция

Ее взгляд упал на тяжелый бронзовый шандал, стоявший на полке, и губы Киры тронула легкая улыбка. Она сняла шандал с полки и поставила его на стиральную машину.

Ты любила принимать ванну при свечах? Мне кажется, что любила… О чем ты думала, пока твое тело покоилось в теплой душистой воде, а сквозь полузакрытые веки пробивался качающийся прыгающий свет, и вокруг был полумрак, пронизанный тенями и отсветами огней — живых огней, а не искусственных ламп? О взглядах соседей? Об их неприязни?

Кира щелкнула зажигалкой, и над стеариновым столбиком вырос дрожащий огненный лепесток.

Из дверной щели тянуло, и огонек покачивался и приседал. Свеча едва слышно потрескивала. Кира снова улыбнулась, глядя на нее. По крайней мере, это будет красиво и произведет гораздо больший расслабляющий эффект. Можно, конечно, принести и канделябр… нет, в другой раз. Сегодня достаточно и одной свечи.

Приоткрыв дверь, она выключила свет, закрыла дверь и заперла ее. Сбросила халат и аккуратно повесила его, потом посмотрела на свою гигантскую тень, простершуюся от пола до самого потолка.

Помотала головой, так что длинные пряди волос заметались туда-сюда, и колыхающиеся тени от них по потолку протянулись почти до противоположной стены. Кира пошевелила пальцами перед огоньком, и на стене появилось нечто, похожее на пятилапого паука-инвалида. Усмехнувшись, она заколола волосы, потом сняла белье и, привстав на цыпочки, взглянула на себя в зеркало, и ее смуглое, с огоньками в глазах лицо медленно выплыло ей навстречу из полумрака, будто зеркальный двойник поднимался со дна глубокого темного пруда. Лицо казалось чужим и далеким и в нем было что-то неживое, словно это было лицо хорошо сделанной куклы. Кира недовольно отвернулась от зеркала и ощупала побаливающее подреберье, после чего перекинула через бортик одну ногу, затем другую, постояла немного, затем медленно, с блаженным вздохом опустилась на дно ванны, и пена тихо зашелестела от ее движений. Кира сгребла ее в охапку, потом вытянулась, устраиваясь поудобней и подложив под голову сложенное полотенце. В крошечных пузырьках играли отсветы, пена шуршала, медленно оседая. Свечной огонек продолжал дрожать и раскачиваться, будто на вершине белого, с потеками, столбика стеарина изгибалась в танце крошечная огненная фея. Кира закрыла глаза. Было тепло и хорошо, по телу растеклась приятная расслабленность, проблемы и страхи уходили куда-то в небытие. Она выгнулась, отчего ее залепленные пеной груди выступили из воды, и закинула руки за голову.