Коллекция

— С предельно гнусными намерениями, разумеется! Так что посмотри и убедись, что я — это я!

— Не буду я ничего смотреть!

В тот же момент ее рука, рассудив иначе, выхватила паспорт из пальцев Стаса и начала перелистывать. Перед глазами Киры промелькнули соответствующие данные брата и две его фотографии — на одной он был совсем еще мальчишкой, очень коротко остриженным и смешным, на другой — уже взрослым, но казавшимся страшно невыспавшимся.

— Формальности в порядке! — сообщила она официальным тоном, отдающим легким холодком и вернула паспорт владельцу.

 — Я, так понимаю, теперь мне предъявить свой?

— Не куксись! — рука Стаса с паспортом произвела в воздухе копию ее пренебрежительного жеста, завершившегося на кончике носа Киры, по которому она легко хлопнула документом, после чего спрятала его обратно в карман. — В этом нет нужды, уж я-то знаю, что ты — это ты! Елки-палки! — он отступил на шаг, восхищенным жестом прикрывая глаза ладонью и из-под нее оглядывая длинноногую фигуру Киры, начав с влажных от мороси распущенных волос и закончив остроносыми, усеянными стразиками полусапожками.

 — Я и подумать не мог, что у меня настолько красивая выросла сестрица! Папаня, небось, замучился махать шашкой, отгоняя от дома толпы истекающих слюной поклонников?! А?! Активно машет, раз ты еще не замужем.

— Я живу отдельно, ты звонил мне на съемную квартиру, — ладони Киры восторженно схлопнулись, и она совершила вокруг брата быстрый круг, стуча каблуками, и Стас с усмешкой поворачивался следом, раскинув руки в стороны.

 — Вынуждена признать, что и из тебя получился великолепный мужской экземпляр! А следом не примчится состав, набитый твоими поклонницами?

Стас усмехнулся.

— Лады, кукушка и петух спели друг другу, так что можно начать куда-нибудь перемещаться… Дождь, — вдруг недовольно заметил он так, словно только что обнаружил этот факт, вытянул руку раскрытой ладонью вверх и сердито посмотрел на небо, потом смахнул с волос влагу. — Ну что — на электричку? Где тут кассы?

— Электричку?! — руки Киры взлетели, теперь уже словно отмахиваясь от целой стаи мух.

 — Ненавижу электрички! Долго, душно, толпы… нет! Они застревают чуть ли не на каждой станции. Поедем на автобусе. Он идет всего час-полтора. Отходит через два часа, так что у нас будет время немного посидеть где-нибудь и поболтать. Можно было бы поехать ко мне, но это на другом конце города, а с транспортом тут вечные проблемы, так что смысла в этом нет, да и смотреть там не на что, поэтому мы…

— Подожди, подожди!.