Коллега

Мой агент в очередной раз «зашился» и укатил подальше от дружков и собутыльников к родным в Пензу, а ключи от двухкомнатного клоповника в Марьино оставил мне. Вот там-то мы и пообщаемся с господином суперменом. Посмотрим, каким отважным он будет под стволом.

Вечером звонил Гена, приглашал к себе, посидеть с ребятами, помянуть Сашку. Как положено, по-русски. Я отказался, соврав, что уже принял на грудь намного больше положенного. Что-то не захотелось переться через весь город, чтобы пить водку и пускать сопли на скатерть.

Если так положено поступать с погибшими по-русски, можете считать меня диким горцем. Не так давно мне довелось разок-другой побывать на Кавказе, так там в случае гибели своих принято проливать не слезы, а кровь убийц. Очень, считаю, правильная традиция.

Закончил возиться с пистолетом, поднялся с табурета и пошел в прихожую. Положил его во внутренний карман куртки, отпихнул ногой сумку со сменой белья и двумя парами носок, всем тем, что необходимо вышедшему на тропу войны мстителю, и отправился спать.

Разделся, залез под одеяло и привычно обнял жену. Татьяна что-то проворчала и отодвинулась. Такое впечатление, что она не поверила в красивую историю о внезапной, буквально с завтрашнего дня командировке в область.

Глава 32

Инструктор по прозвищу Мастер

— Однако, — Галина сдвинула очки на лоб и еще раз с большим интересом посмотрела на меня.

— Извините за неофициальный костюм, — слегка покраснел я.

— Ничего, вам даже идет.

Не в моих привычках делиться навестившей меня опасностью с посторонними, но…

Несколько дней назад, я не совсем по своей воле заглянул в милицию, где поимел довольно неприятный разговор с тамошними операми.

Меня слегка пугали, обещали заковать в железо, надавать палкой по жопе, затолкать ее же туда же и много еще чего, не менее приятного. Когда вышел оттуда, то не нашел ничего лучшего, чем пойти в кабак. Там я и встретил ее. В компании двоих крупных, пузатых мужиков. Кавалеры явно имели на нее определенные виды, а она, не менее явно тяготилась их обществом. Тут-то во мне и проснулся рыцарь. Выпил рюмашку, зажевал грибком и пошел на выручку.

— Вот ты где, — наклонился и чмокнул даму в щечку. — А я тебя везде ищу.

В драматургии это называется паузой. Все застыли, мужики от наглости незнакомца, дама — в раздумье, а я в ожидании продолжения. Наконец она, посчитав, видимо, что мое общество окажется менее обременительным, решилась.

— Ну, наконец-то… — повела плечом, пытаясь сбросить лежащую на нем руку, безуспешно.