\

— Но обижать девушку, сообщая об отказе во всеуслышание, не стоит, мало ли что может случиться за семь лет учебы? Если после всех реверансов в нашу сторону Панси заключит помолвку с кем-то другим, мы не только сохраним с Паркинсонами дружеские отношения, но еще и получим бонус лояльности.

— Коварные вы, — Гаррет аккуратно вытер руки салфеткой.

— А ты думал! — хмыкнул Малфой. — Следующий от Панси твой сосед. Блейз Забини. Побочная ветвь Медичи. Все Забини — превосходные зельевары и хитроумные отравители. Синьора Забини недавно вышла замуж в седьмой раз, и только один из ее бывших мужей отделался разводом и крупными отступными.

Гаррет с ужасом уставился на Забини, который как раз ворковал что-то на ухо Паркинсон.

— Кстати, Забини Панси очень даже подойдет, они примерно в одних кругах вращаются. Хорошая может получиться пара, — задумчиво протянул Малфой.

— Дальше Теодор Нотт, тоже мой сосед, — толкнул Малфоя плечом Гаррет, запомнив, что с Забини надо вести себя поаккуратнее.

"— Верно. В будущем сильный союзник. Большой крепкий мэнор, множество вассалов, деньги, связи, все при нем. Хотя по виду и не скажешь. Тео из очень старого рода, которому уже больше тысячи лет. Как и Маркус — единственный наследник, но по другой причине. Магическую мощь Ноттов не каждая ведьма выдержит. Паркинсон, например, точно не потянет. Мать Теодора умерла в родах, отец больше так и не женился. С нашего курса ему подойдет разве что Булстроуд.

— А кого тебе пророчат? — не удержался от вопроса Гаррет, выгнув шею. Миллисенту он помнил смутно, а разглядеть и правда не получалось. — Раз не Паркинсон, рассматривают же кого-то еще?

— Отец ведет переговоры с Гринграссами по поводу младшей дочери. Она пойдет в Хогвардс только через год. Ее сестра Дафна прямо сейчас кокетничает с Ухгардом, очень светлая блондинка.

— В девять лет сложно говорить о характере, — философски заметил Гаррет.

— Мама сделала расклад. Астория мне идеально подходит.

— Да? Мгм… Интересно, а кто подходит мне?

— Думаю, твой опекун уже рассмотрел варианты.

Гаррет хмыкнул.

— Знаешь, Драко, в том-то и вся прелесть, что никакого опекуна у меня сейчас нет.