\

А вот его братишка Грэхем — тот еще редкий говнюк. С ним лучше не цепляться.

Гаррет вскинул брови. Говорить с набитым ртом было невежливо. Но Джемма поняла его молчаливый вопрос.

— Не думай, что попал в сказку, Поттер. Мы только перед остальной школой встаем единым фронтом. И помогаем друг другу вот как сейчас, — она кивнула на тарелки, — только если это выгодно или касается благополучия факультета. Если будешь отставать, тебя подтянут в учебе, растолкуют правила этикета, познакомят с нашими традициями, но никто не станет с тобой нянчиться просто так, глядя в рот только потому, что ты типа герой.

А если факультет из-за тебя потеряет баллы, или ты начнешь позорить Слизерин неподобающим поведением, мало тебе не покажется. У нас здесь серпентарий, Поттер, запомни это. Змеи ведут себя тихо и вежливо, но лишь до тех пор, пока это им выгодно.

Гаррет серьезно кивнул:

— Я понял.

Джемма неожиданно улыбнулась:

— Все не так плохо. Зато никто не полезет к тебе в душу, тебя не кинут на амбразуру ради общего блага и не запудрят тебе голову мнимой славой, предав в трудный момент.

У нас все честно. Твоя комната третья справа.

Когда Джемма ушла, Гарри посидел в гостиной еще немного, пытаясь уложить в голове события этого долгого-долгого дня. Отпил из бокала яблочного сока, потянулся в кресле, посмотрел на спокойный оттенок зеленых стен, неброские уютные ковры и функциональные столики, и пришел к выводу, что пока что ему тут нравится.

Теперь пора было идти знакомиться с соседями.

Если, конечно, они еще не спят в первом часу ночи.

Он заглянул в полумрак комнаты и удивился ее роскоши. Комната казалась похожей на декорацию в музее: широкие королевские кровати с балдахинами, старинная резная мебель, обитые панелями стены, бархатные драпировки.

— Закрывай скорее дверь, сквозняк! — капризно протянул мальчик, сидящий на ближайшей из кроватей.

Гаррет быстро проскользнул внутрь.

Мальчик натягивал на густые кудряшки смешную сетчатую шапочку. Смуглый и худощавый, он был чем-то похож на молодого Челентано — страшненький, но обаятельный.

И с такой же задорно-лошадиной улыбкой.

— Привет. Я Блейз, — сказал он. — Блейз Забини. А тебя все знают, ты — Гарри Поттер.

— Предпочитаю Гаррет.

— Как скажешь. С нами еще живет Теодор Нотт, но у него режим, — Блейз махнул рукой на задернутый полог соседней кровати и широко зевнул: — Я тоже спать. Мы тебе оставили место у окна. Даже если против, других вариантов нет.