\

- Тебе бы там понравилось, – пообещал Гаррет и предложил: – Идем? Чего время-то терять…

Теодор согласно кивнул и возглавил шествие, высоко задрав палочку.

- Ух ты! – восхищенно выдохнул он через пару метров, рассмотрев своды над головой.

Гаррет его восхищения ничуть не разделял. Странные эти чистокровные. Чему тут восхищаться-то? Древности что ли? Так ни полуразрушенные едва опознаваемые барельефы, ни осыпавшаяся мозаика не представляли из себя никакой ценности.

Тоннель был построен, похоже, еще во времена Основателей, и сырость не способствовала его сохранности.

Там, где стены не обросли влажным мхом, они были покрыты слоем слизи, где-то между камней сочилась вода, уходя дальше в глубину. Пола, как такового, не было – имелась смесь грязи, в которую ноги, со смачным чавканьем, опускались порой почти по щиколотку. Никакая не тайная, а воистину подтуалетная комната. Фу! И запах, как верно заметил Блейз, стоял соответствующий – гнилостно-спертый. Так, наверное, в камере у Монте-Кристо воняло. В тюрьме на скале среди моря.

- Брррр! – пробормотал себе под нос Гаррет, в очередной раз отвоевывая изгвазданный кроссовок у густого мини-болотца, тропинкой убегающего вдаль, в непроглядную мглу.

Он с тоской и скрытой завистью посмотрел на сапожки Тео, сделанные из драконьей кожи.

Вот кому было хоть бы что! Друг шел себе впереди, подсвечивая путь люмосом, вертел головой по сторонам и в ус не дул. Только одобрительно хмыкал время от времени.

Блейз плелся сзади и, похоже, чувствовал себя препаршивейше. Его модные итальянские туфли окончательно почили где-то по пути. Гаррет ему сочувствовал – бедный Забини, судя по невнятному бормотанию, винил себя в их импровизированном походе и не переставал каяться и молиться высшим силам на родном языке. В отличие от решительно настроенного бесстрашного Теодора, Блейзу было откровенно не по себе. Гаррет развернулся и подмигнул ему:

- Не трясись, выберемся.

- Ды-ды-ды, холод-дно, – пожаловался теплолюбивый Забини, а Гаррет с запозданием сообразил, что посиневшие губы, стучащие зубы и заметная дрожь могли быть вызваны не только нервным мандражом. Как бы Блейз не свалился с простудой!

- Ого! Поглядите, что тут! Вроде свет… – воскликнул Теодор.

Гаррет прибавил шагу и споткнулся, запнувшись о невидимый в грязевом мессиве камень. Открывшаяся взгляду картина казалась откровенно сюрреалистичной.