\

Спалил гуляющих по берегу озера Квирелла и Тонкс, легко опознаваемых по прическам, фыркнул при виде танцующей по комнате Трелони, которая то и дело прикладывалась к бутылке, и удивленно присвистнул, заметив, что в кабинете директора в башне тоже горит свет. Ночью. Неужели Великий Светлый волшебник так радеет за дело, что работает даже по ночам?

Гаррет подлетел поближе и обнаружил, что Дамблдор не работал. Ха! Он принимал гостью. Суетился, подливая ей в чашку чай, и что-то проникновенно вещал. Старый ловелас! Гаррет фыркнул.

Хотя вкус у директора оказался, прямо скажем, так себе. Подружка Дамблдора втиснулась в яркое платье с глубоким вырезом, которое неплохо смотрелось бы на юной кокетке, но никак не на женщине за сорок, ее пышные рыжие волосы стоило бы убрать в прическу, а гранатовые бусы на шее плохо гармонировали с оттенком губной помады. Впрочем, это тетя Пет могла позволить себе критику, для такого старого сморчка, как директор, дама была даже чересчур хороша. Приятной полноты, с округлым миловидным лицом и большими выразительными глазами. Стоило признать, что губа у директора не дура. Тут Гаррету пришло в голову, что дамочка могла оказаться профессионалкой, что и объясняло бы ее яркую одежду и безвкусный макияж, и он густо покраснел, резко разворачивая метлу. Интересно, сколько директору лет, что он все еще интересуется… мгм! той самой стороной отношений? И все ли маги сохраняют сексуальную активность в столь почтенном возрасте? Впрочем, учитывая, что совсем уже немолодые по меркам Гаррета Сириус и профессор Снейп только собрались вступать в брачный союз, перспективы вырисовывались многообещающие.

Гаррет заложил пируэт, разворачиваясь, полюбовался на мадам Хуч, которая в одиночестве сидела на самой высокой скамейке трибуны, пялясь на пустое квиддичное поле, и полетел обратно, удивляясь тому, какую, оказывается, оживленную жизнь ведет ночной Хогвардс.

Заснул он сразу же, едва его голова коснулась подушки, и спал сладко и без всяких снов. Теодор его с утра едва добудился.

- Мне Дамблдор приснился.

В кошмаре, – оправдываясь, буркнул Гаррет.

Блейз сочувственно ахнул, а Тео лишь фыркнул:

- Мне он тоже как-то снился. Еще перед Рождеством. Прикольно, – поделился он.

- Прикольно?! – в один голос переспросили Гаррет и Блейз. Гаррет – возмущенно, а Блейз с ужасом.

- Ага! – Тео почесал нос. – Он вокруг озера бегал в розовой распашонке и розовых подштанниках. И с бородой, заплетенной в косу. Потом нырнул в воду и превратился в золотого карасика.