\

Что ни говори — герой! Сразу никто ничего не понял, а потом мы решили, что будет лучше, если дело не получит огласки. На Слизерине учится слишком уж много детей последователей Того-кого-не-стоит-называть.

— Это да, — согласился Бруствер. — Но я же могу увидеть Гарри? Как он себя чувствует?

— Мальчик переносит трагедию стойко, — потупился Дамблдор, у которого от вранья уже язык заплетался. — Просит не закрывать дуэльный клуб.

— Гм! Считаю, что просьба неприемлема. После случившегося стоит принять меры безопасности.

Кингсли откашлялся и начал подниматься с кресла:

— Идем?

— Одну минуту, я открою камин и уточню у мадам Помфри, не спит ли Гарри?

— Даже если и спит…

Но Дамблдор уже зашел аврору за спину и наставил на него палочку:

— Импервелт!

В отличие от империуса, эта модификация заклинания, разработанная лично Геллертом, никак не отслеживалась и давала полную достоверности картинку.

— Мы ходили камином в больничное крыло. Ты видел Гарри. Он бледный, но бодрый и пожаловался, что сильно скучает по друзьям.

Кингсли Бруствер обмяк в кресле и тупо кивал, бессмысленно тараща глаза.

— Ты очнешься через двадцать минут, — приказал Дамблдор и опустил палочку.

Потом он слегка запачкал золой аврорскую мантию, покормил Фоукса, почесал ему перышки, неторопливо налил себе чашку чая, выпил ее, закусывая тянучками, и принялся ждать.

Кингсли очнулся рывком, трубно закашлявшись.

— Хотя, наверное, выпью, — сказал он, и Дамблдор охотно налил и ему уже остывшего чая. — А малец молодец, держится. Я как-то выращивал кости, ох, как это неприятно!

— Да-да, — закивал Дамблдор. — Настоящий герой! Но я тебя очень прошу, Кинг, пусть это не пойдет дальше министра. Попечительский совет в последнее время и так чересчур придирается. Не стоит ставить их в известность. К тому же, Гарри скромен, ему и без того достаточно славы.

— Но клуб закройте, — напомнил аврор.

— Как скажешь.

Провожая Кинсли до лестницы, Дамблдор снова увидел Тонкс. Та беседовала о чем-то с профессором Квиреллом, наматывая на палец розовый локон. Квиринус же то кивал, то начинал что-то пылко рассказывать, размахивая руками.

— Не знал, что вы знакомы, — слегка нахмурился Дамблдор.

— Тонкс поступила в Хогвардс, когда я перешел на третий курс. Мы мало общались, — тут же поделился Квиринус. — Хотелось бы исправить это недоразумение.