\

Вот и сейчас, проигнорировав оскорбительный тон Дурсля, четким угловатым почерком с архаичными завитушками он абсолютно невозмутимо вывел в нужной строке: «Гаррет Джеймс Поттер». После чего дыхнул на чернила и, любуясь записью, вполголоса добавил:

— Добро пожаловать в мир, новый человек!

Нелепый сверток у женщины в руках пискнул, и по кабинету прошла волна магии.

Мистер Трэверс, покинувший волшебный мир более полувека назад из-за разногласий с родственниками, настаивавшими на договорном браке, представления не имел о том, кто такой Гарри Поттер.

Он не бывал на Косой Аллее, не держал сов, не выписывал «Пророк», не интересовался ни конфликтом между магглорожденными и чистокровными, ни противостоянием Великого Светлого Волшебника и Темного Лорда, не знал, что после смерти отца пару лет назад стал главой могущественного темного рода и совершенно не подозревал, что только что одним росчерком пера перечеркнул планы множества людей, включая одного хитроумного комбинатора.

Поплыли буквы на гобелене в запертом магией Поттер-Холле, вспыхнул мягким светом, превращаясь в бесполезную игрушку, настроенный на поиск Гарри Поттера старинный артефакт в кабинете директора Хогвардса, с тугим скрипом сменился рельеф замков на сейфах Поттеров в Гринготтсе.

Вздрогнул Вернон Дурсль, тряхнула головой Петуния, сбрасывая ментальные закладки, рассыпалась прахом воткнутая в дверной косяк дома по адресу Тисовая 4 зачарованная игла, вызывающая агрессию по отношению к конкретному человеку — Гарри Поттера больше не существовало.

Мистер Трэверс закрыл книгу регистрации и строго сказал:

— Документы на ребенка будут готовы в четверг после обеда. Не смею задерживать.

====== Глава первая. Литтл Уингинг. ======

— Гаррет! Ну вот, опять… Да где же ты запропастился? Гаррет!

— Что случилось, тетя? — со второго этажа по лестнице быстро сбежал смешливый лохматый мальчишка, одетый в новенькие джинсы и яркую толстовку.

Несмотря на возмущенный голос Петунии, было очевидно, что он совершенно ее не боится. Да и сердилась тетя не на него.

— Посмотри, что эти негодники опять натворили. Ну, Диддикинс, не видать тебе десерта!

Гаррет оценил груду осколков на полу, в которую превратилась некогда элегантная ваза, и вздохнул.

— Что? — вскинулась Петуния. — В этот раз не выйдет?

— Тетя, я эту вазу три раза уже склеивал по-своему, там скоро восстанавливать будет нечего. Я же объяснял, чем чаще чинишь вещь волшебством, тем более хрупкой и недолговечной она становится. Но я попробую, конечно.