\

На ногах он, к сожалению, не удержался, и распластался по полу морской звездой, благо — уберег нос, не ушибив и не расквасив.

— Эт-то еще что за явление? — послышался грозный бас, и Гаррета под локоть подхватил здоровый мужик в алой мантии. — Трубочист, ты откуда?

— Я к министру, — пытаясь встать прямо, честно признался Гаррет, после чего не выдержал и чихнул. А потом еще раз. Очки от этого сползли на самый кончик носа, и лицо своего спасителя Гаррет стал видеть не особенно четко: — Моя фамилия Поттер, и мне очень нужна помощь.

— Мордредовы подштаники! — выругался дежурный аврор. — Что с тобой случилось, пацан? Я тебя еле признал. Это же ты гонял крыс в Хогвардсе, да? Бандана у тебя еще такая классная, в черно-зеленых разводах.

— Ага, стиль милитари, — Гаррет шмыгнул носом. — Так можно к министру? И еще чаю… Горячего с сахаром. Апхчи!

Через полчаса, умытый и кое-как причесанный, в чьих-то огромных шерстяных носках и укутанный до пят в самую теплую мантию, какая только нашлась на вешалке, Гаррет потягивал из пузатой кружки дымящийся чай, сидя на табурете в дежурке и делясь с двумя аврорами своими горестями.

— … может, конечно, часть расходов покроет страховая компания, но окна все равно жаль. Учитывая, что даже самое простое, стандартное, вставят хорошо, если после обеда, комната промерзнет насквозь. А министр точно раньше девяти на работу не приходит?

— Точно-точно, — засмеялся аврор.

— Блин! — Гаррет прикусил губу от досады. — Дядя с тетей, наверное, волнуются, места себе не находят, полицию вызвали.

— Чего?

— Это типа маггловского аврората…

Авроры переглянулись.

— Метнусь-ка я к обливейторам, — протянул один. — Так, на всякий случай.

— Только дяде и тете воспоминания не стирайте! — строго нахмурился Гаррет. — Их надо просто предупредить. Вот если бы у вас был телефон…

— Так у нас есть, — пожал плечами второй.

Ради спокойствия Дурслей Гаррет был готов и не на такие унижения."

"Телефоном оказалась самая натуральная телефонная будка, и Гаррет чуть не заплакал от счастья, когда услышал в трубке гудки. Тетя Петуния ответила не сразу, и голос у нее был напряженный.

— Тетя! Тетя, я жив! — всхлипнул Гаррет.