Когда говорит оружие

Если Сайкс намерен присоединиться, добро пожаловать!

Тони так же мягко ответил:

— Я в этом не участвую, Сабри. Я сражаюсь только один на один. Когда я приду за тобой, буду один.

Галуша Рид колебался. Какое-то мгновение, рассчитывая на Сайкса, он чуть не поддался искушению. Но теперь он резко повернулся и вышел из зала.

Не обращая внимания на Сайкса, Сабри допил свой стакан, подошел к Кэмпу Гордону и потряс его.

— Пойдем, Кэмп. Я отведу тебя в постель.

Гордон не шевельнулся. Сабри наклонился, обхватил верзилу англичанина за плечи и, поставив на ноги, повел к выходу.

— Увидимся, Сайкс!

Тони поднял стакан и сдвинул шляпу на затылок.

— Разумеется, — весело кивнул он. — И я буду один.

И только произнеся это, он вспомнил о Сиде Трумбулле и о плане, который разрабатывался в задней комнате. Лицо его слегка потемнело, и спиртное вдруг показалось отвратительным на вкус. Он аккуратно поставил стакан на стойку и вышел через заднюю дверь.

Принс Маккаррен сидел в одиночестве, курил и лениво тасовал карты.

— Я не участвую в вашей затее, Принс, — произнес Сайкс. — Вам придется оставить это убийство мне, и только мне.

Ведя в поводу лошадь, к седлу которой он привязал Кэмпа Гордона, Мэт Сабри встретил Пепито в темноте на участке дороги между холмами. Пепито тихо окликнул его, и Сабри ответил. Подъехав, мексиканец лишь раз взглянул на Гордона, и они направились дальше вместе. Только поздно утром следующего дня они добрались до Пайвотрока. Все было спокойно — слишком спокойно.

Кэмп Гордон протрезвел и ругался на чем свет стоит.

— Вы споили меня и увезли! — орал он, и в его голосе клокотало бешенство. — Ты наглец, Сабри! Развяжи меня, и я вернусь обратно! Я не собираюсь участвовать в этой сваре.

Мэт, привязавший Гордона к лошади, только чтобы он не свалился, усмехнулся:"

"— Разумеется, я отвяжу тебя. Но ведь ты твердил, что тебе нужно ненадолго убраться из города? Вот тебе самый подходящий случай. Я привез тебя сюда, — серьезно заметил он, хотя в глазах его пропал насмешливый огонек, — ради твоей же пользы.

— Молока? — взорвался Гордон. — Ты посмел произнести: молока? Я не прикасаюсь к этой гадости! Отвяжи меня, дай мне револьвер, и я спущу с тебя шкуру!

— И предоставишь Риду забрать это ранчо? Риду и Маккаррену?

Гордон уставился на него налитыми кровью глазами, которые вдруг стали внимательными.

— Ты сказал, Маккаррену? А при чем тут он?

— Хотел бы я знать.