Когда говорит оружие

 — Сегодня вообще не было пассажиров, а вчера — только трое. Двое наемников возвращались из Денвера да какая-то девушка… симпатичная малышка.

Большому рыжему, которого Бур взял напрокат в конюшне, метель пришлась не по вкусу, но все же он ринулся вперед, очевидно, надеясь, что в конце пути его ждет теплое стойло и добрая порция кукурузы.

За городом ветер сделался крепче. Местами он расчистил дорогу от снега, но сугробы все-таки намело. Сани, взяв хорошую скорость, ушли далеко вперед. Бур, достав кашне, обвязал его вокруг шляпы и подбородка и поднял воротник до ушей — так ему стало немного теплее.

Через некоторое время он спешился и повел коня за собой. Ноги пощипывало от холода. Следы полозьев видны были только там, где сани проезжали через большие сугробы. А что, если они вообще не к Поллоку поехали? Буру, как он ни напрягался, не приходило в голову, куда еще можно было отправиться по этой дороге.

Бур вытер рыжему глаза, чтобы убрать скопившийся на веках снег. Стоял лютый мороз, и ночь сгустилась сплошной чернотой, в которой завывал ветер, а заледеневший снег покалывал кожу крошечными иголочками.

Если Хьюго Нейли задумал расправиться с девушкой — а другого объяснения его лжи Бур придумать не мог, — то время для этого он выбрал самое подходящее. Девушку, конечно, видели и в конюшне, и в гостинице, но вряд ли кто-нибудь о ней вспомнит.

Она собрала свои пожитки, и в такую метель никто не заметил, как они выехали из города. Если девушка больше не вернется, то кто же об этом узнает?

Но на что рассчитывает Нейли? Ведь до него во владение наследством вступает Лен Мейсон.

Если только с Мейсоном тоже что-нибудь не произойдет… Притом Мейсон живет один, пока об этом узнают, тоже пройдет немало времени. Мейсону было почти восемьдесят лет, и он жил один далеко от города, на окраине пастбища. Друзья несколько раз безуспешно пытались уговорить его переселиться в город. Девушку считали мертвой, а смерть Мейсона тоже никого не удивит.

Теперь уже и речи не было о том, чтобы что-то разглядеть. Со всех сторон кружил снег, и Бур потерял всякую ориентацию.

Должно быть, он уже часа два в пути, и в течение первого часа он развил неплохую скорость. Он отъехал от Карсон-Кроссинга миль на десять, а это значит, что сейчас он находится посреди широкой равнины. Где-то через милю должны появиться первые деревья. Добраться до них, а через лес дорогу уже легко найти.

Он повернулся к ветру левым боком и направил коня вперед, так, чтобы ветер все время дул ему в левую щеку.