Кодекс Охотника #15

 — Можем сразу перейти к обсуждению, чтобы вы увидели всю серьезность моих намерений.

— Хм… Должен признаться, это неожиданное предложение, — почесал он щеку. — Вы знаете, какая репутация у столбов? Я должен знать, понимаете ли вы, на что идете? Ведь возврата назад не будет.

— Репутация? Хм… Провальной техники, на которую Род Арнаутских убил больше двух лет, и не смог продать даже одной единицы. О вас писали в военном журнале, где изобразили, как человека, который вложил слишком много, но потерпел неудачу. А еще там говорилось, что ваш Род по этой причине на грани разорения.

— Так, стоп! — остановил он меня. — Я спрашивал про столбы, а не про себя и свой Род.

— Прошу прощения, увлекся.

— Значит, вы все знаете… И все равно хотите их купить… Ну, ладно! Но для начала хочу уточнить, что мой Род на грани разорения после того, как ублюдки Вербицкие взорвали два моих завода, где была утеряна вся производственная линейка двигателей к боевым дирижаблям «Святогор». А после этого два соседа решили воспользоваться моментом, чтобы додавить меня.

— И у них получилось?

— Это неважно, — сразу посмурнел он.

Знаю, что получилось… За месяц его Род потерял шестьдесят процентов всех земель и активов. При всем этом, их и так не было много… И если посмотреть на ситуацию, то они, практически, на грани уничтожения. По своим каналам я узнал, что Арнаутский трезво оценил свои силы, и решил сделать то, что я, наверное, не смог. Он решил сменить государство. Осуждаю ли я его? Нет… Это его жизнь и его семья.

— В общем, я готов оформить покупку.

— Сколько? — серьезным взглядом уперся он в меня.

— Хм… Дайте подумать, — сделал вид, что думаю, а сам просто затягивал интригу.

— Пожалуй, все…

— Все? — не понял он, о чем я говорю.

— Да, все! Все девяносто шесть образцов… И даже те, которые по закону нужно было переделать или утилизировать после того, как их признали опасными для общества.

— Это шутка? — вдруг психанул он, встав со своего места.

— Отнюдь… — покачал я головой. — Я действительно хочу их, все в том числе, и чертежи, и даже частично готовые, вместе с деталями.

Граф сел обратно. Мне даже не пришлось врубать ауру, чтобы показать, что не стоит психовать.

— Ты понимаешь, сколько это будет стоить? — как-то резко мы с ним перешли на ты.

— Хм… Наверное, не дороже денег и не больше жизни… — загадочно ответил я, и вдруг взглянул на него. — Сейчас ресторан окружен… Но не переживайте, это не мои люди. Они, скорее всего, за тобой.