Кодекс Охотника #15

Забирая души себе, Охотник получал большую силу в качестве энергии, а ещё бонус, который у опытного Охотника, такого, как я, терялся среди множества других Душ.

Но в случае с Ратниками было всё совсем по-другому. Имея ограниченный Колодец Душ, каждая душа была на вес золота. И если по какой-то причине пазл из душ внутри не сойдётся или его перекосит в какую-то сторону, то мы теряли Ратника. Душа Святого Рыцаря была очень сильной и, будучи подсаженной, могла вести себя непредсказуемо.

Именно из-за этого, руководствуясь гуманностью, наши Старейшины предпочитали не рисковать и «укомплектовывать» Ратников менее сильными душами, но чтобы наверняка.

У меня же не было многочисленных миров Охотников, а соответственно, бесконечного кадрового резерва. Мне сразу нужно было делать лучше, поэтому Святой Рыцарь — это первое, что пришло мне в голову. На основе этой души можно построить один интересный «билд».

Честно говоря, я «подсмотрел» его в свое время. Легат Первого Легиона Первого Мира Охотников — фактически сильнейший из Ратников, чей Легион располагался около нашей Первой Крепости, был мало отличим по силе от нас, Охотников, и даже в чём-то превосходил молодых.

Я видел, на что он способен, и хотел сделать из-за Волгомира примерно то же самое.

Три шнарка «на подряде» кружили все эти две недели с тех пор, как я нашёл Волгомира, и как у меня созрел план. И вот, наконец- то, они нашли нужный Разлом. А ещё не зря я взял с собой Андросова."

"Подобные «святоши» — это кошмар для Лекарей, которые также используют магию Света или Жизни.

Практически, все их заклинания не принесут этим существам никакого вреда. И вот тут-то вступал в дело второй фактор. Все эти «святоши» были, ко всему прочему, отличными мечниками. Да, он тоже не мог причинить вреда чистой душе Лекаря с помощью магии, но он вполне мог отрубить ему голову.

Был ещё один нюанс. В тот момент, пока Орден Паладинов не отправился в самоубийственный поход, мы периодически дёргали коллег в такие миры. Было очень забавно наблюдать охреневание молодых паладинов, когда они понимали, что добро — это необязательно «добро».

Но вот как раз они устраивали длительные и весёлые зарубы, за которыми мы наблюдали со стороны, иногда даже прихватывая с собой попкорн. Андрей не виноват, что у меня есть на него далеко идущие планы. Но соответствовать ему теперь придётся.

— СКВЕРНА НЕДОПУСТИМА В ЧИСТОМ МИРЕ! — проревел рыцарь, также поднимая руку. Из неё ударил белый луч света в нашу сторону.