Кодекс Охотника #15

Все по-разному поводу, но точно охренели. По глазам видел.

И как-то громко сразу стало."

"Над Вербицким суетились и лепетали Лекари, пытаясь понять, что произошло — выдвигали разные теории, дергали меня за рукав и спрашивали, зачем я нарисовал на лбу у Абсолюта этот непонятный значок.

«Непонятный значок⁈» Пфф!!! Ну, ладно! Получилось, конечно, хуже, чем у Шнырьки, но мой маленький херописец постоянно практикуется. Я же только ступил на скользкую дорогу символизма. А вот зачем нарисовал?

— Это оберег, — глубокомысленно изрек я.

Лекари на меня странно посмотрели, но через некоторое время, исследовав пациента с помощью техник и артефактов, признали, что я прав, и Вербицкий скоро будет в порядке.

— Как ви это стелаль? Как ви это стелаль⁈ — тряс у меня перед лицом двумя половинками разломанного ошейника распорядитель-артефактор, от волнения перейдя на ломаный русский.

— Ну-у-у… это… — я на секунду задумался, и тут же выдал. — Вы какую кровь использовали для встраивания камня в металлл?

— Атскова попра, очевитно! — немного оторопел артефактор от моих познаний.

— А какого цвета был бобер? — продолжал я.

— Какой-какой? — продолжал офигивать артефактор. — Атские папры все алые!

— Нет, мой бестолковый друг, — назидательно покачал указательным пальцем перед лицом охреневающего японца.

— Пелый? — предположил японец.

— Вот сейчас молодец! Так вот. И бобёр должен был быть белый. Альбинос, ферштейн… то есть рикай сюрю?

— Но альпинос не пывает! — продолжал истерить артефактор.

— Еще как бывает, — покровительственно похлопал по плечу спеца. — Просто искать нужно лучше. Так что, твой косяк. В следующий раз получится намного лучше, уверен.

— Барон⁈ Да как ты⁈ Да что ты… Да я тебя… — подскочил ко мне сзади чрезвычайно возбужденный Румянцев.

— А! Канцлер, — я широко улыбнулся. — Не за что. Служу Империи, и вот это вот все.

— Ах ты… Ах… — Румянцев покраснел, и напоминал выкинутую на берег рыбу.

— Смотрите не сдохните, канцлер, вам еще от Хрулева огребать, — тихо проговорил я, наклонившись к самому уху, похлопав его по плечу. — Так что берегите себя… Ваше Императорское Величество.

Я поклонился, когда Император приблизился.