Убежище

Мне хотелось обнять его за талию и уткнуться носом ему в шею. Меня окружил едва уловимый запах его геля для душа и мокрой земли у нас под ногами, и еще один аромат, принадлежавший только Каю. Он исходил от его волос, кожи, губ…

– Я хочу тебя, – сдавленно произнес он, овеяв меня своим горячим дыханием. – Хочу ощутить твой вкус у себя на языке.

Его рука скользнула вверх по моей шее. Запустив пальцы мне в волосы, Кай крепко сжал их. Я застонала, ощутив, как затвердели соски.

Он припал губами к моей шее, целуя и покусывая ее.

– Я погружу свой язык так глубоко в тебя, – продолжил Кай; его властная рука опустилась к внутренней поверхности моего бедра.

Мысленно я представляла, что мы лежим на кровати. Голова Кая у меня между ног. И хотя я ощущала, как пылает мое лицо, мне все равно хотелось, чтобы он оставался там.

– Ты чувствуешь меня? – спросил парень. – Чувствуешь, как сильно я тебя хочу? Я буду лизать тебя до тех пор, пока ты не закричишь, умоляя меня позволить тебе кончить.

В груди все содрогнулось, я издала стон, ощутив, как он покусывает мое ухо. Его прикосновения стали более требовательными, и меня бросило в пот.

– Возьми мои руки, детка, – прошептал Кай, – и положи их на себя.

Я облизала пересохшие губы и, не колеблясь, схватила его руку, лежавшую на моем бедре, но замерла, почувствовав мягкую, тонкую кисть, совершенно не похожую на мужскую.

Распахнув глаза, увидела рядом с собой Алекс.

– О господи! – ахнула я и почувствовала, что вот-вот сгорю от стыда. Это все делала она. Черт побери. Я отпустила руку девушки и заметила, как она нехотя отстранилась, разочарованно вздохнув.

– Кем бы этот парень ни был, он везунчик.

Я не знала, как воспринимать все происходящее, и только покачала головой в ответ. Мои внутренности до сих пор исполняли сальто.

Алекс нагнулась ко мне.

– Сегодня вечером ты должна освежить в памяти эту сцену и завершить ее, даже если будешь одна в своей кровати.

Неудивительно, что Уилл щедро ей платил.

– Или, если захочешь, – усмехнувшись, игриво произнесла девушка, – позвони мне, и я доведу дело до конца.

Пульсация между ног усилилась.

«Великолепно, мать твою», – подумала я. Мне по плечу одолеть стотринадцатикилограммового мужика, но двадцатилетней эскортнице удалось меня смутить.

Когда я собиралась встать, из-за двери раздевалки раздался крик:

– Бэнкс там уже закончила?

Это был Кай.