Кодекс Крови. Книга ХVII

Сколько осталось в живых из моих предшественников?

— Почему сейчас? Чего он добивается? Почему только мои? — бормотала Кровь, будто и не расслышав мой последний вопрос. Её шёпот напоминал шелест высохших листьев.

— Великая, — я прикоснулся к богине лентой из осколков взорвавшейся крови, нарушая дистанцию. — Сколько братьев и сестёр мне ждать? Кто переметнулся к техносам?

Но покровительница меня не слышала. Она погрузилась в собственные безрадостные мысли.

— Великая, мне нужна помощь. Я знаю о трёх окончательно погибших братьях и сестрах: Восьмая, Девятая и Одиннадцатый.

Ответом мне был тяжёлый вздох, будто Великая Мать собиралась с силами.

— Погибли Вторая и Пятый, к техносам переметнулся Седьмой, остальные живы и ушли в неразвитые миры.

— Шестеро нейтралов и один технос, — обобщил я. — Семь против одного. Так себе расклад. Но… есть смысл попробовать…

— Что именно?

Я усмехнулся, ведь в крови забурлил азарт, уже давно там не появлявшийся.

— Пригласи их всех.

— Ты безумен! — ужас в голосе покровительницы был неподдельным.

— Конечно, безумен, — улыбнулся я. — Вселенная сама постаралась сделать меня таким.

— Тебя уничтожат. На их стороне тысячелетия опыта. Они старше…

— Просто доверься мне!

Глава 26

Встреча с Великой Матерью Кровью завершилась, а мне нужно было подумать.

Как ни странно, но ноги сами принесли меня на вершу Башни Крови. Холодный ветер, пахнущий снегом и древним камнем, бил в лицо, но я его почти не чувствовал — мысли горели куда сильнее.

Ковчег вместе с накопителем встретили меня радостной пульсацией магии Рассвета. Тёплые волны её обволакивали кожу, словно приветственные объятия.

— Давно тебя не было, — обратился ко мне родовой ковчег Эсфесов. Его голос звучал как шёпот сотен предков, сливающихся в единый зов.

— Были дела, — нейтрально ответил я, усаживаясь между адамантиевых лоз. Их металлические усики коснулись плеч, лёгкие, как паутина, но невероятно прочные. Те обвили мою фигуру, скрывая от чужих глаз.

Правда, помешать нам и так никто не мог, ведь пока в Обители не было никого, способного подняться на крышу Башни и назваться Возвысившимся. Но эта скрытность была приятна — как будто мир на мгновение сжимался до размеров только моих мыслей.

— Не сомневаюсь. Что ж теперь дошёл?

— Нужно подумать.

Где-то внизу, за стенами Башни, город Сашари медленно просыпался.