Кодекс Крови. Книга ХVII

Я кивнул, следуя указаниям супруги, всё же в прошлой жизни она тоже была лекарем. Сердце захлебывалось, не справляясь с нагрузкой. И мне пришлось заставить его биться ровнее, восстанавливая нормальный кровоток.

Но даже я понимал, то это не исцеление, а искусственная жизнь, пока лекари не возьмутся за неё всерьёз.

* * *Вертолет приземлился с резким свистом лопастей, поднимая вихрь пыли. Двое медиков в тактических бронежилетах уже спрыгнули на бетон, таща за собой сумки с оборудованием.

Первый медик (с красным крестом на рукаве) бросил взгляд на официантку — и замер.

— Чего⁈ Она еще дышит⁈ — его голос перекрыл гул двигателей.

Ранение в брюшную аорту. По всем учебникам — смерть за три минуты. А эта девчонка жива, хоть и в коме.

Второй медик, коренастый мужчина с морщинами ветерана, уже нащупал пульс.

— Да еб… Да у нее даже давление есть! — Он резко повернулся к напарнику. — Готовь экстренную транспортировку. Щас выкатится в ноль — не успеем до госпиталя.

Но официантка не умирала.

Ее рана выглядела странно — будто кто-то зашил сосуды изнутри, но не нитками, а… чем-то вроде засохшей крови.

Тем временем двое других медиков в черной униформе подошли к мажорам.

— Клиническая смерть. Но мозг ещё не откинулся — забираем.

Один достал шприц с мутноватым раствором — быстродействующий седативный коктейль, чтобы «пациенты» не очнулись раньше времени.

— Им повезло, что их не добили, — пробормотал второй, накладывая электроды для дефибриллятора.

Официантку загрузили первой. Монитор показывал слабый, но стабильный ритм.

— Какого хрена?.. — врач склонился над раной, светя фонариком. — Кто это сделал? Тут нет швов, нет тампонады… Как она вообще не истекла?

Его напарник уже вводил адреналин мажорам. Один из них дернулся после разряда — сердце запустилось.

— Не знаю. Но если это не ФСБшники постарались — тогда кто?

Пилот крикнул из кабины:

— Закрываемся! Через две минуты в «Склиф»!

Дверь вертолета захлопнулась, отрезая команду эвакуации от разгромленной террасы одного из самых дорогих ресторанов столицы.

* * *Новгородцев стоял, скрестив руки, его бледное лицо выдавало напряжение и опаску, будто его закрыли в одном вольере с крупными хищниками. Куратор спецподразделения ФСБ старательно делал вид, что ничего особого вокруг не произошло, но из памяти не удавалось прогнать недавние картины демонстрации чужой силы. У него на глазах виртуозно управляли кровью, не просто возвращая в тело раненной, но и сшивая раны на сосудах без нитей и швов.