Кодекс Крови. Книга ХVI

Деревья, вырванные с корнем, крутились в вихре, как спички, а болотная жижа, поднятая в воздух, создавала вокруг смерчей мутную пелену. Казалось, что сами стихии объединились, чтобы уничтожить всё на своём пути.

Молнии, вырывающиеся из туч, били в землю вокруг смерчей, оставляя после себя дымящиеся обугленные проплешины. Воздух вокруг наполнился запахом гари и сырости, а сами смерчи рыскали по округе с протяжным воем, напоминающим рёв тысяч голосов.

Наконец, они определили источник угрозы в виде маленькой женской фигурки, бесстрашно стоящей у края болота, и рванули к ней со всей яростью.

На оборот потребовалось меньше удара сердца, чтобы успеть прикрыть серебряными крыльями жену от слитного удара двух смерчей.

— Адамантий, твой выход!"

"Тонкие серебряные жгуты с пастями на концах рванули вглубь самолично подставившихся под удар гидор внутри смерчей. Слитный рёв множества глоток перекрыл вой ветра и треск от ударов молний. Смерчи замедлились. Сквозь мутную пелену стали различимы драконьи пасти, отчаянно пытающиеся выпутаться из плена серебристых нитей.

«Ты почти полностью розовый», — тихо заметила Ольга, указывая на повсеместный рассветный цвет моей чешуи.

«Адамантий?..»

«Почти! — прохрипел симбионт. — Только удержи меня!»

Твою мать! Легко сказать, удержи! И прежде, чем нити божественного металла начали лопаться от напряжения, я полоснул призрачными когтями себя по чешуе, пуская кровь, и отправил её лентами, сплетаться с серебром адамантия. Словно два любовника, слившиеся в страстных объятиях, жгуты окрасились в алый, оборачивая адамантий в кровавую защиту и не давая оборваться.

Раздался оглушительный взрыв, разметавший эргов и кровников по округе. Смерчи опали, явив тела двух огромных дезориентированных тварей, пьяно качающих головами и силящихся опереться на крылья и подняться в воздух.

Я смотрел на этих громадин и мне было плевать: добрые они или злые, чьи они дети и с какими намерениями они пришли на мою землю. Им здесь было не место. Порталы под гидрами раскрылись всего на пару секунд.

«Передатчики мы сняли, так что будь добр, передай своим детишкам, что им здесь не рады!»

«Куда ты их отправил?» — раздался голос алтаря, звучащий эхом в моём сознании.

«На единственную известную мне изнанку, где я не встречал людей».

Этой изнанкой была пустыня с пирамидами, через которую мы когда-то добирались на вотчину Тортугасов, и где я потом организовывал встречу Тайпана с приемной дочерью.