Кодекс Крови. Книга ХIII

Лазейка в чужое пространственное убежище открылась на вершине одной из парящих скал. А здесь кипела битва. Хотя битвой это назвать было можно лишь с большой натяжкой, скорее, уж самая настоящая осада.

Посреди парящих гор в пространстве висел остров, накрытый алой сферой, словно левитировал в мыльном пузыре. А сквозь этот пузырь пытался пробиться огнём, водой и прочими стихийными и не очень заклинаниями десяток злющих драконов. От их яростного рёва закладывало уши, но пузырь, прогибаясь под ударами, то и дело восстанавливал свою форму.

Ещё более немыслимым был полёт Комара в самую гущу боя. Он орал, что было мочи, пытаясь перекричать грохот заклинаний:

— Остановитесь! Там моя кровь! Остановитесь! Это объявление войны! Там моя кровь! Хотите начать вторую войну Лица и Изнанки⁈ Остановитесь!

Мимо пронеслась тень Красного, опаляя огненными болидами купол над островом.

— Убирайся! Здесь нет твоих! Здесь только Эсфесы! — ревел он.

— Владеющая даром — мать моей моего наследника! Остановитесь! — Комаро ринулся наперерез Красному Дракону, пытаясь достучаться до его здравомыслия, но тот на вираже лишь стеганул досадную помеху хвостом. А следом ещё и дыхнул пламенем для закрепления эффекта.

— Не суйся, мелюзга!

С опалёнными крыльями Комаро кубарем полетел вниз под удивлённым взглядом Алого Змея.

«Какого *** драконы творят⁈»

В себя он пришёл, когда совсем рядом раздалось приглушённое шипение:

— Ах вы ж, с-с-суки! ***дец вам вс-с-сем!

И маленькая человеческая фигурка спрыгнула в пропасть с парящей скалы, налету превращаясь в огромного серебряного дракона с короной из наростов на голове, шипастым хвостом и бугристой чешуёй-бронёй.

* * *На зов Комаро я отреагировал мгновенно, переносясь к нему непосредственно. По ощущениям это было сравнимо разве что с попыткой пролезть в своём драконьем облике сквозь игольное ушко.

Кто-то посмел покуситься на мою жену и сына. И кто бы это ни был, они поплатятся за это.

«Поможешь?» — скупо на ходу я спросил адамантий.

«Конечно!»

Вышел через портал я в человеческом обличье. В драконьем бы не пролез никак.