Туман над темной водой

Сам понимаешь, мне эта информация без разницы.

– А убить-то сможешь?

– Доводилось, – коротко заверил Веретьев."

"– Так то на войне.

– А с такими уродами, как ты, война не кончается. Так что рука не дрогнет, не сомневайся. Натура у тебя хлипкая, так что справлюсь минуты за две. Так что? Будет разговор?

– Меня тебе Полиект сдал или ты к нему тоже свои методы применял? – осведомился Мохов.

– Полиект твой уже со вчерашнего дня покойник.

Мохов изменился в лице, теперь в глазах его горел неприкрытый страх.

– Ладно, расскажу все, что знаю. Только я не очень понимаю, что именно тебе надо. Хочешь знать, где алмазы?

– Алмазы ваши мне без надобности. Конкретизирую, что меня интересует. Вопрос первый. Где Головин?

– Так на болотах. Где ему еще быть-то?

– Вы его туда приволокли силой? И удерживаете против воли? Только не ври, я ж все равно узнаю.

– Никто его не волок. Сам приперся. На той неделе вдруг появился, как черт из табакерки. «Привет, – говорит, – Юрик».

– Ну-ну, не тяни ты кота за причинное место, обстоятельно рассказывай.

И Мохов, вздохнув, начал свой рассказ.

К поиску затонувшего грузовика с алмазами его бригада приступила в начале апреля. Место, где утонул грузовик, Полиект Куликов, единственный оставшийся в живых свидетель событий сорокалетней давности, помнил, но на болотах в отличие от Головина и Мохова ориентировался не очень, поэтому больше месяца ушло на то, чтобы сузить квадрат поисков.

С болот бригада практически не выбиралась.

Когда в соседнем с Куликовыми доме неожиданно появилась жиличка, пришлось удвоить осторожность. Теперь мыться и отсыпаться ходили еще реже, благо теплые ночи позволяли не испытывать особого дискомфорта. Единственное исключение составила та ночь, когда над деревней разразилась страшная гроза. В дом к Куликовым пришли без предупреждения, из-за этого собаки подняли шум, что вызвало интерес у соседки.