Кодекс Крови. Книга I (СИ)

Всё же я рассматриваю этот союз в перспективе не как политический, а личный. Не хотелось бы, чтобы девушка жалела о поспешных решениях.

Мне показалось, или Подорожников взглянул на меня с уважением?

— Знаете, Гаврила Петрович, я рад, что ваши мысли в этом вопросе сходятся. Светлана… — он запнулся, подбирая слова, — девушка своевольная, не стану скрывать. Но я хотел бы, чтобы она была счастлива в браке.

— В этом я с вами солидарен, не хотелось бы губить столь редкий характер несчастливым браком, — я пристально рассматривал перстень на руке лекаря.

— Вас смущает мой статус? — в лоб спросил лекарь, заметив мой интерес.

— Что вы, скорее вас должен смущать мой.

— Не в статусе счастье, Гаврила Петрович, мне ли не знать, — со вздохом отозвался лекарь, — я люблю своих детей больше жизни, но не смог им дать семейного тепла. Со смертью супруги… — Подорожников замолчал, задумавшись о чём-то своём.

Как-то не складывалась в моей голове головоломка. Судя по общению, Подорожников — любящий отец, с нежностью отзывающийся о дочери и даже готовый поступиться политическими амбициями ради её счастья. Как-то не верилось, что он мог отправить в трущобы своего сына или внука. Изюминку ситуации добавлял родовой перстень. Его кому попало не дают.

— Борис Сергеевич, простите за нескромный вопрос, но почему Светлана не носит кольцо принадлежности к роду? — я осторожно пытался разузнать про родовые традиции этой семьи.

— А зачем? У нас это признак магической незрелости. Детства, если можно так сказать, — Подорожников с улыбкой делился со мной семейными особенностями, желая то ли прорекламировать дочь, то ли просто похвастаться. — В роду есть серебряные перстни, которые обозначают принадлежность к главной ветви семьи и наличие лекарского дара, а есть медные — для остальных линий крови, но все они носятся до первой инициации. Обычно она происходит годам к двенадцати, но Света и тут всех обскакала, проявив дар в десять лет.

Я мысленно присвистнул, прикинув силушку мальчонки у меня дома. Возможно, конечно, что инициация прошла спонтанно в состоянии аффекта, но и Света далеко не слабосилок.

— А как же тогда вышло, Борис Сергеевич, что вы проморгали в собственном роду мага, прошедшего инициацию в девять лет? — задал вопрос в лоб.