Кодекс «Альтмана»

Оставшись наедине с бесчувственным бизнесменом, Камиль торопливо подошел к стене с каталожными шкафами и отыскал там папку, о которой говорила француженка: «Летучий дракон», Шанхай"". Внутри лежали четыре листа бумаги. Два письма из конторы «Тигра» в Басре с обращением к Ю Юнфу, президенту «Летучего дракон», по поводу доставки груза сельскохозяйственных орудий, химикатов, электроники и иных товаров на судне «Доваджер Эмпресс». Оставшиеся два — ответы Файди с инструкциями конторе в Басре о порядке расчетов с поставщиком.

Больше в папке ничего не оказалось."

"Сердце Камиля забилось от радости. Декларация, которую требовала француженка, либо не существовала вовсе, либо хранилась в Басре. Он задвинул ящик в шкаф и вернулся к пациенту.

Через двадцать минут Файди чуть слышно кашлянул, потом вздохнул. Его веки дрогнули. Камиль подошел к двери кабинета, распахнул ее и улыбнулся девушке, которая в смятении расхаживала снаружи.

— Можете войти, Надя. Он приходит в себя, теперь ему ничто не угрожает.

— Хвала Аллаху!

— Хвала Аллаху, — торжественно повторил Камиль.

 — Необходимо продолжить исследование пациента, произвести полный осмотр. Позвоните мне в контору, назначьте срок.

Камиль вновь улыбнулся. Его ждали щедрая награда и признательность. Он сообщит француженке, что, если ей нужна декларация, пусть отправляется в Басру. А сам он, разумеется, не может выехать туда, не вызвав подозрений. Все прошло как нельзя лучше, именно так, как он рассчитывал.

Глава 8

Шанхай

В темной гостиной, среди тяжелых старинных, но сохранившихся, как в музее, предметов обстановки, в одиночестве сидела красивая худощавая женщина маленького роста.

Она свернулась клубочком в коричневом кожаном кресле. Ее блестящие черные волосы были собраны в простой пучок. В одной руке она держала полупустой бокал для бренди. Рядом с ней на столике из хромированной стали и слоновой кости стояла откупоренная бутылка коньяка «Реми Мартин». Большой кот смотрел на женщину с роскошного дивана, длиной едва ли не в половину огромной гостиной.

Глядя на женщину, можно было подумать, что она не замечает ни Смита, ни кота — вообще ничего. Она смотрела в пространство; на фоне массивной мебели она казалась совсем крошечной.

Смит обвел взглядом комнату, убеждаясь, что женщина действительно одна. Он ничего не увидел и не услышал. В доме царила зловещая тишина. Смит осторожно вошел в гостиную, все еще держа «беретту» двумя руками. Женщина подняла бокал и осушила его одним глотком.