Кодекс «Альтмана»

Кастилья кивнул, его лицо посерьезнело:

— Такое случалось с нашими гражданами после Первой и Второй мировых войн. Вероятно, таких людей намного больше, чем мы полагаем. Это чудовищно и совершенно недопустимо. Мне трудно даже представить, что его до сих пор держат в заключении. Это одна из причин, по которым я настаиваю на том, чтобы договор по правам человека предоставлял инспекторам возможность вести расследование в отношении военнопленных, являющихся гражданами зарубежных государств. В любом случае, если ваши сведения верны и у нас есть надежные доказательства, мы обязаны немедленно помочь этому человеку.

Как его зовут?

Клейн внимательно следил за лицом президента:

— Дэвид Тейер.

Кастилья ничем не выразил своих чувств. Буквально ничем. Как будто он ничего не слышит и ждет, когда Клейн назовет имя. Потом он моргнул и шевельнулся в кресле. Внезапно он вскочил на ноги, подошел к окну позади своего стола и выглянул наружу. Костяшки пальцев, которые он сцепил за спиной, побелели.

— Сэр?

Кастилья напрягся всем телом, словно от удара.

— Этого не может быть... ведь столько лет прошло. Неужели он еще жив?

— Что случилось... — заговорил Клейн и тут же умолк. Его внутренности стянулись тугим клубком. Он уже знал ответ.

Президент повернулся, вновь сел в кресло и откинулся на спинку. Его мысли перенеслись на огромные расстояния, в далекое прошлое.

— Он пропал в Китае, когда я был младенцем. Его искали военные, Государственный департамент, даже сотрудники личной канцелярии Трумэна, но люди Мао сделали все, чтобы помешать им.

Как ты знаешь, китайские коммунисты терпеть нас не могли. Тем не менее нам удалось получить кое-какие разведданные от русских, а также американских и британских источников в Китае, и все они свидетельствовали о том, что Тейер мертв — погиб в бою, либо был захвачен и казнен коммунистами, или же его убили люди Чан Кайши за попытки вести переговоры с красными. Прежде чем уехать, он сказал моей матери, что собирается сделать это.

Президент глубоко вздохнул и чуть заметно улыбнулся Клейну.

— Серж Кастилья был сотрудником Госдепа и близким другом Тейера. Именно Кастилье было поручено искать его, и поэтому он почти каждую неделю встречался с моей матерью. Когда мне исполнилось четыре года, уже никто не сомневался, что Тейер мертв. Отношения между Кастильей и моей матерью становились все более близкими, они поженились, и Серж усыновил меня. Я считал его своим отцом, а Дэвид Тейер был для меня лишь именем.