Кодекс «Альтмана»

Члены объединенного комитета начальников штабов и высокопоставленные гражданские советники рассаживались по креслам, шелестя бумагами и вполголоса переговариваясь со своими помощниками.

Кастилья едва замечал их присутствие. Он думал о миллионах людей, которые занимаются своими делами по всей стране. Если произойдет утечка сведений, они узнают об угрозе войны с Китаем. Это не тайная схватка с террористами и не локальный конфликт в крохотном государстве, жертвами которого станет меньше американцев, чем гибнет в автокатастрофах каждые выходные.

— Сэр? — окликнул его Чарли Оурей.

Президент моргнул и обвел взглядом серьезные и суровые, гневные и беспокойные лица людей, сидевших по обе стороны длинного стола.

— Прошу прошения, — сказал он. — Мне явились призраки войн прошлого и будущего. Призраков войн настоящего я не видел. А вы?

На лицах отразились самые разные эмоции — в зависимости от того, кем был тот или иной человек. Гнев из-за того, что главнокомандующим овладели пораженческие настроения. Испуг перед грядущей опасностью. Готовность... не страх, не злость, а спокойная решимость. Кое у кого в глазах вспыхнуло торжество: эти люди думали о наградах и почестях, о своем месте в истории.

— Нет, сэр, ни в коем случае, — негромко отозвался адмирал Броуз. — Их никто не видел и не мог видеть.

— Аминь, — нараспев произнес министр обороны Стэнтон. Потом его глаза сверкнули. — Но раз уж об этом зашла речь, нам следует подготовиться. Я обращаюсь ко всем. Готовы ли мы к войне с Китаем?

Ответом ему была оглушающая тишина. Все сидевшие в этом звукоизолированном помещении отлично понимали, что она означает. Президент посмотрел на кружку, но ему не хотелось кофе.

— Если мне будет позволено высказаться от имени коллег по флоту и авиации, — заговорил начальник штаба сухопутных сил генерал-лейтенант Томас Герреро, — то ответ будет отрицательным. Мы разрабатывали планы совершенно иной войны. Нам требуется...

— При всем уважении к вам я вынужден возразить, — перебил командующий ВВС генерал Брюс Келли. — За некоторыми исключениями, бомбардировочная авиация готова к любой войне.